Slon.ru выяснил у сотрудников федеральных телеканалов о том, как Кремль добивается «правильной» картинки на телевидении

20:08, 04 Апрель 2012      iq      1757 5     http://slon.ru
Недавние митинги у «Останкино» против НТВшных разоблачений и призывы к бойкоту телеканала показали, что общество стало проявлять интерес к тому, как его изображают на телеэкране. Спорные сюжеты против оппозиции и правозащитных организаций выходили на НТВ и раньше, но теперь, когда протест стал массовым явлением, люди начали ассоциировать себя с теми, кого так шумно разоблачают спецбригады НТВ. Между тем, политическая цензура и пропаганда – явление, относящееся далеко не только к телеканалу НТВ и существующее уже более десятка лет. Slon попытался разобраться с тем, как устроена на телевидении система фильтрации информации и формирования «правильного» общественного мнения. К сожалению, далеко не все из тех журналистов, с которыми пообщался Slon, согласились давать хотя бы анонимные комментарии. Некоторые из них отвечали, что с радостью все расскажут, вот только «спросят сначала разрешения у начальника». Стоит ли добавлять, что этого разрешения они, конечно, не получили и никаких комментариев так и не дали.
 
Впрочем, из тех интервью, которые все-таки удалось взять,  создается достаточно объемная картина происходящего. Так и не удалось прояснить до конца, кто именно после ухода Суркова встречается сегодня с гендиректорами каналов: эту информацию до обычных журналистов и редакторов не доводят. Один из источников сообщил, что как минимум один раз с того времени неофициальную «планерку» с гендиректорами устраивал лично Дмитрий Медведев. Впрочем, как можно понять из этого материала, эти детали не имеют принципиального значения: государственный контроль за контентом на телевидении остается и никаких послаблений не предвидится.
 
Slon обратился к руководству трех федеральных телеканалов с просьбой прокомментировать ситуацию с цензурой в их эфире. Ответ получили только от генерального директора «Первого канала» Константина Эрнста: «В стране цензура запрещена Конституцией. Редакционная политика является внутренним делом каждого СМИ».
 
Павел Шеремет, бывший сотрудник "Первого канала":
 
"Все для кого цензура была принципиальна, давно с канала ушли - остались либо те, кто согласен с этой политикой, либо те, кому по барабану внутренние переживания".
 
"Есть, конечно, и Петр Толстой с Максимом Шевченко, обязательная программа, такая поденщина федеральных каналов, но, поверьте, ни один, ни другой никаким серьезным авторитетом внутри канала не пользуются. К ним очень холодное отношение, их терпят как комиссаров".
 
"Так что ждать массового исхода я бы не стал, в материальном плане там все прекрасно, да и потом, за каждым гением стоит толпа из гениев поменьше из разного рода Голожопинских тупиков, Россия – страна большая, и рекрутировать новых солдат информационной войны можно еще долго".
 
Бывший сотрудник "России-24":
 
"На самом деле, в специальных цензорах потребности нет, потому что все это телевидение создавалось для ублажения Владимира Путина, личное благополучие руководства телеканала изначально зависело от того, какую картинку они показывают, насколько она нравится первому лицу. Думаю, что и [гендиректор «Первого канала» Константин] Эрнст, и Добродеев, будучи людьми неглупыми, не только козыряли перед Громовым–Песковым, но и сами предлагали, как подать новость получше. Функция Громова и Пескова, скорее, была в том, чтобы объяснить малограмотным журналистам госканалов из кремлевского пула, какую часть синхрона с Путиным надо давать, какую нет – сами же эти журналисты, будучи людьми малосведущими, были понять это не в состоянии, им постоянно нужны были подсказки, как детям из детского сада. За это их, собственно, и брали на госканалы".
 
"Рупор информационных программ госканалов направлен в обе стороны – и на зрителя, и на нашего несменяемого национального лидера. Причем, главный адресат – это, конечно, именно он, кормчий. Но поскольку лично с ним контакта никакого нет, то непонятно, насколько внимательно он отслеживает эфиры, вся реакция идет через его пресс-службу и Пескова, и когда кто-то из его прихлебателей начинает орать и рассказывать, как ему не понравилось – поди проверь, ты же не можешь ему перезвонить и переспросить".
 
Бывший сотрудник ВГТРК:
 
"Чеснаков и Костин – мне приходилось с ними общаться – никогда не ставили перед собой никаких глобальных задач, у них цель простая – пиар «Единой России». Их Сурков для этого и взял. Кстати, Костин до своего назначения возглавлял ЦИК ЕР. А в остальном это достаточно неглупые люди, Чеснаков – тот и вообще был интеллигент".
 
Бывший сотрудник "России-24":
 
"Под выборы за эфиром установили особый контроль. За три месяца до выборов нам стали каждую неделю выдавать график, сколько партии должны получить места в эфире. «Единая Россия» должна получить 60% времени, КПРФ – 20%, ЛДПР поменьше, и так далее. Смысл в том, чтобы зритель привыкал к тому, какая партия насколько значима. Правда, по-моему, эта разнарядка не особо соблюдалась, потому что реально не всегда та или иная партия дает какие-то информповоды. Ну и еще было правило – это всем известно, – что Путину и Медведеву должны уделять в эфире одинаковое количество времени".
 
"Я заметил, что каждый, кто здесь работает, через некоторое время начинает переживать деформацию сознания, ему кажется, что все, что он делает, идет, в конечном счете, на благо родины. Это в определенный момент начинало действовать и на мой мозг. Мне уже и друзья стали говорить: «С тобой трудно стало общаться, раньше сразу называл сволочей сволочами, а теперь везде пытаешься найти оправдание». Ты начинаешь чувствовать себя частью большой корпорации и, самое главное, начинаешь думать, что все остальные россияне глупее тебя, что они бедные-несчастные не в состоянии без тебя принять правильное решение, у них нет просто этой информации. Поскольку через тебя проходит уйма информации, ты считаешь, что надо обезопасить граждан и оградить их от лишнего негатива".
 
Действующая сотрудница "ТВЦ":
 
"Разумеется, нельзя трогать Собянина. Либо хорошо, либо ничего. Ну, и с Лужком так было – не срать в кепку. Но, я бы сказала, Собянин гайки завинтил. Правда, насчет гаек, это я уже говорю на уровне интуиции. Потому что стараюсь не вникать ни во что для сохранения нервов, и до меня мало что доносится. Мне кажется, это связано еще и с общим завинчиванием гаек в СМИ".
 
Действующий сотрудник "НТВ":
 
"Часто мы видим в политических ток-шоу одни и те же фигуры – это, конечно, тоже неслучайно. Есть гости, «рекомендованные» руководством, – вся обойма этих взращенных Сурковым политологов: Данилин, Орлов, Симонов, всякие там Никоновы-Миграняны, Нарочницкая, плюс люди типа Холмогорова, Веллера, Проханова – это все та же обойма дрессированных".
 
"Если, например, какое-нибудь ток-шоу или какая-нибудь программа с политической тематикой выходит в записи, то многие ведущие иногда позволяют себе смелость позвать кого-то из несистемных политиков или озвучить цифры и факты про коррупцию, понимая, что все крамольное все равно будет вырезано. И, разумеется, все гости, которые могут вызывать сомнение, согласуются с гендиректором канала лично. И если, скажем, приглашают Немцова, то все, что он говорит про Тимченко–Ковальчука–Роттенбергов будет вырезано, зато можно будет сказать: «Вот видите, какая же у нас не свобода слова, когда такие люди выходят и говорят все, что хотят, а вырезали мы фрагменты по соображениям хронометража». Граница между тем, что может остаться в эфире, а что – не может, всем очевидна, и если кто-то по своей глупости оставит что-то такое, то есть специальные механизмы, которые проконтролируют, чтобы это было вырезано. Та же программа «НТВшники» пишется по несколько часов, а остается не больше полутора часов эфирного хронометража". 
 
Павел Лобков, бывший сотрудник "НТВ":
 
"Еще и до этого «опуса магнума» под названием «Анатомия протеста» к нам гости часто отказывались ходить и отказывались сниматься в документальных фильмах. И когда нужно было кого-то позвать, приходилось звонить мне, а не редактору. Люди очень боятся, потому что иногда какому-нибудь актеру скажут, что приедет канал «Культура», а приезжает та же самая дирекция, которая вчера ваяла этот самый «опус магнум», и спрашивает что-то типа: «А почему вы свою подругу 16 лет назад назвали подлой сукой?» И этот человек будет бояться зеленого шарика НТВ, как шаровой молнии. Какая-нибудь Юля Иванова – она сегодня может быть там, завтра – здесь, так что звонить приходилось людям с узнаваемым голосом, в ЦТ – Такменев, например, а с документальными фильмами звонил я. Но ощущение брезгливости, ореола брезгливости, который окружал НТВ, оно все равно было".
 
"Сейчас конфликта между теми, кто ушел с НТВ и кто остался, нет, не то что во времена, когда закрывали НТВ в 2001-м. Во-первых, мы все уже не такие молодые. Тогда у нас не было ни семей, ни детей – рот закрыли да пошли. Сейчас мы все понимаем, что существуют у людей и кредиты на квартиру, и обязательства какие-то. Не могут же все, как Удальцов, все положить на алтарь свободы. Сколько таких людей должно быть в стране? Эфирное телевидение, особенно федеральное, в любом случае это компромисс".

Текст на этой странице представлен частично, на slon.ru можно прочитать более подробно.
Комментарии (5)
avatar
0
5 RFsat • 23:00, 06 Апрель 2012
Ну это понятно!
avatar
0
4 funnyorangecat • 20:21, 05 Апрель 2012
Интересная статейка же!
Сотрудники говорят правду, и то что происходит за кадром.
avatar
0
3 iq • 22:39, 04 Апрель 2012
Прочитал на Слоне полностью, много интересного вычитал)
avatar
1
2 Shamilubiteloldtv • 21:22, 04 Апрель 2012
Во заливает!
avatar
4
1 Psi • 20:48, 04 Апрель 2012
Обложка новости просто убила
Чтобы добавить комментарий войдите или зарегистрируйтесь