В конце ноября громкий скандал разразился на канале REN-TV. Там решением руководства — гендиректором Александром Орджоникидзе — была отстранена от эфира ведущая ночного выпуска новостей Ольга Романова. Причем не просто отстранена — ее даже не пустили в здание, где была расположена студия. Сама Романова в интервью печатным СМИ заявила, что ее отстранение — свидетельство не личного ее конфликта с Орджоникидзе, а самая настоящая политическая цензура. Дескать, с тех пор как полтора месяца назад Орджоникидзе возглавил канал (после того как акционерами стали российские компании «Северсталь-групп», «Сургутнефтегаз» и немецкая RTL-Group), он взялся «зачищать» неудобных людей, кто имел смелость свое суждение иметь. Например, чашу терпения нового руководства канала переполнило то, что в последнем выпуске новостей Романова хотела показать два крамольных сюжета: о новой скульптурной композиции Зураба Церетели на Манежной площади за 15 миллионов бюджетных долларов, а также сюжет о закрытии уголовного дела на сына министра обороны России Сергея Иванова, который на своем автомобиле сбил женщину. Само руководство канала эти обвинения начисто отмело. Орджоникидзе, например, заявил следующее:

«Никакой цензуры здесь нет. Я вообще не просматриваю предварительно выпуски новостей. Для этого существует шеф-редактор».

Однако никто из тех, кто знает телевизионную кухню, естественно, не поверил этим словам: наличие политической цензуры на российском ТВ — факт бесспорный и сомнению не подлежащий. Например, ни одна оппозиционная партия фактически не имеет права доступа к эфиру, разве что только в дни предвыборных кампаний. Особенно в этом ущемлена Коммунистическая партия России, которая имеет самый большой электорат среди всех оппозиционных партий в стране. Однако до широкого теле- и радиоэфира власти ее не допускают, поскольку боятся: слишком много в стране вопиющих проблем, которые КПРФ легко может, получив эфир, использовать для поднятия своего рейтинга. Более того, большинство телеканалов давно включены в антисоветскую кампанию (посредством художественных и документальных фильмов, а также различных аналитических передач), которая направлена не только на дискредитацию советской власти, но и на подрыв влияния КПРФ в современном обществе.

Так, в самом конце января 2006 года российское ТВ произвело очередные выстрелы в этом направлении. Первым это сделал канал «Россия», который с 29 января начал демонстрацию 12-серийной экранизации книги Александра Солженицына «В круге первом». Как мы помним, Солженицын вернулся в капиталистическую Россию летом 94-го, причем вернулся с большой помпой — власти встречали его как национального героя. Даже допустили его до телеэфира, предоставив возможность вразумлять народ в своей 10-минутной телепередаче. Однако спустя несколько месяцев передача была закрыта с такой же поспешностью, как была открыта. Почему? Просто в ней писатель принялся вразумлять не только народ, но и власть. Последней это не понравилось. С тех пор Солженицын превратился в «свадебного генерала»: то есть в СМИ его превозносили как эталон несгибаемого борца с «советским тоталитаризмом» и ярого демократа, однако высокой трибуны он фактически был лишен. Именно в целях использования писательского таланта Солженицына в борьбе с «ужасной» советской властью и был экранизирован его роман «В круге первом».

Режиссером фильма был известный кинодеятель Глеб Панфилов, который всю свою славу приобрел именно в советские годы и именно благодаря советской власти. Теперь же он снимал совсем иное кино: «Романовы. Венценосная семья», и вот теперь — «В круге первом».

В основу книги Солженицын положил перипетии своей собственной судьбы, а именно — его пребывание в конце 40-х в «шарашке» — закрытом НИИ полутюремного типа. Книга была запрещена в СССР, и сам Панфилов по этому поводу заметил: дескать, когда в 70-х он прочитал этот роман, то подумал, что экранизировать его можно будет лет эдак через 300. Как видим, ждать пришлось гораздо меньше.

Власть устроила шумный предпремьерный промоушн сериалу в виде многочисленных интервью его создателей в печатных СМИ, по радио и на ТВ и даже плакатов, развешанных по Москве, на которых было написано: «Евгений Миронов идет по этапу» (Е. Миронов играл главную роль — Глеба Нержина, прототипом которого был сам Солженицын). Короче, было сделано все, чтобы привлечь как можно больше людей к просмотру (первые две серии даже шли единым блоком и без обрыдшей всем рекламы). Так россиян в очередной раз попытались заставить поверить в то, что не было в истории их страны ничего страшнее, чем годы правления Сталина. Хотя многим россиянам на тот момент уже успел надоесть этот антисталинский (или антисоветский) бум, устраиваемый властью над своим прошлым. И ладно бы эта власть чем-то была лучше прежней, так ведь нет — была по многим показателям еще хуже. Впрочем, потому она и пинала беспрестанно советскую власть, дабы скрыть за этим свою собственную аморальность и несправедливую сущность.

Как и положено, откликов в печатных СМИ и в Интернете на этот сериал было в избытке. Естественно, представители либеральной интеллигенции встретили его с восторгом. Вот лишь некоторые из их откликов, опубликованные в газете «Московский комсомолец» (номер от 8 февраля).

Е. Рейн, поэт:

«Сериал снят большим Мастером, взявшимся за очень сложный материал… «В круге первом» — несомненная удача. Предыдущие воплощения культовых произведений тех лет [имеются в виду советские годы. — Ф. Р.] не произвели особого впечатления».

В. Новодворская, правозащитница:

«Эпоха в сериале воспроизведена очень точно, вплоть до мелочей, — например, хорошо показан ослепляющий человека страх…»

А вот отклики противоположного характера.

П. Савва:

«В круге первом» меня наводит на такую печальную мысль: в те времена, которые мы сейчас задним числом ругаем, ученые были востребованы, а вот в наше «благословенное» путинское время экономический гений сдает экзамен на швею-моториста. Более аморального поступка моя страна никогда ранее не совершала».

С. Ильин:

«Первый раз я читал «Круг» году в девяностом. Сейчас перед показом решил перечитать. И обнаружил, что неинтересно! Да, когда Солженицын писал «Круг», про это мало кто знал, это было актуально. Да и в девяностые, в эпоху «расцвета» демократии, это было читать интересно. Но за это время столько узнали! И тут меня осенило: «Наверняка не одному мне неинтересно». Почему тогда такая шумиха, да еще и на канале «Россия»? И вот что я подумал: те, кто сейчас у власти, боятся очередного «Первого круга» от очередного «Солженицына». Про «то время»? Да сколько угодно! Но только не про нас! Не про наше время! Не про наши деяния! Так мыслят современные «Берии» и «Абакумовы». Им надо продержаться два года, до выборов, и, чтобы за это время никто не додумался до «Второго круга», они вовсю раскрутили «Первый круг». Как это ни прискорбно, Александра Исаевича просто использовали, а может, отвлекли? Чтобы нового не написал…»

А вот еще одно мнение — Игоря Митина, опубликованное в «Литературной газете» (номер от 1 февраля):

«Советская тоталитарная машина, созданная и отлаженная Сталиным, уже достаточно давно только история. И это неизбежно меняет и корректирует сегодняшнее восприятие как самого романа, так и фильма.

Вот только одна цитата из романа: «Мне потому надоело смотреть и Островского, и Горького, что надоело это разоблачение власти капитала, семейного угнетения, старый женится на молодой. Мне надоела эта борьба с призраками. Уже пятьдесят лет, уже сто лет прошло, а мы все машем руками, все разоблачаем, чего давно нет. А о том, что есть, — пьесы не увидишь».

Крот истории роет непрерывно. И сегодня власть капитала уже не далекое прошлое, а жестокое настоящее, и сам Солженицын говорит о ней с ужасом и болью. И потому как сегодня оценивать поступок Иннокентия Володина (в фильме его играет Дмитрий Певцов. — Ф. Р.), решившего помешать созданию атомной бомбы в Советском Союзе? То есть помешать созданию того паритета в мире, который способствовал сохранению мира многие и многие годы. Сегодня-то мы прекрасно знаем, чем оборачивается самоуверенное и самодовольное американское сверхдержавие — бомбардировками Сербии, оккупацией Афганистана, войной в Ираке…»

Сутки спустя после премьеры «В круге первом» — 30 января — на Первом канале был запущен другой сериал — 10-серийная экранизация романа И. Ильфа и Е. Петрова «Золотой теленок». Здесь режиссером выступала мало кому известная Ульяна Шилкина (сняла одну серию «Убойной силы»). Ее интерпретация гениального романа не имела ничего общего с советским вариантом Михаила Швейцера (фильм 1968 года) по всем показателям: ни по таланту, ни по идее, ни по времени продолжительности (тот фильм уместился в две серии). И даже бюджеты фильмов были несопоставимы: у Швейцера это были 500 тысяч рублей, у Шилкиной — 2,5 млн долларов. Однако тот фильм стал классикой, а этот… Короче, замах получился на рубль, а удар на копейку.

Несмотря на то что в сериале практически не было никакой политики, однако и он не избежал антисоветского оттенка. Фраза Остапа Бендера «Я не люблю советскую власть», произнесенная исполнителем этой роли актером Евгением Меньшиковым, по сути, стала лейтмотивом всего фильма. В нем его авторы всеми силами пытались показать многомиллионной аудитории, как кондовая советская власть душит в лице обаяшки Остапа Бендера все самое передовое и талантливое.

Пресса у этого сериала тоже была обширная. Отклики — тоже полярные, причем отрицательных было значительно больше, чем положительных. Даже маститые деятели не преминули вставить свое лыко в хулительную строку. Вот лишь несколько подобных отзывов, напечатанных в «Комсомольской правде» (номер от 9 февраля).

Т. Лиознова, кинорежиссер («Три тополя на Плющихе», «17 мгновений весны» и др.):

«Золотой теленок» я смотреть начала, но не стала, потому что не испытываю симпатии к исполнителю роли Бендера. Это худший из всех Остапов! [Позволю себе не согласиться с режиссером: еще хуже был Бендер в исполнении Сергея Крылова в фильме «Мечты идиота». Видимо, Лиознова эту ленту начала 90-х просто не видела. — Ф. Р.] Новый Бендер слабосильный и какой-то женственный, словно лишенный мужского начала. Сильнее всех Арчил Гомиашвили, показавший героя, который при своем хамстве и наглости был очень обаятельным [речь идет о фильме Л. Гайдая 1971 года «12 стульев». — Ф. Р.]…»

С. Юрский, актер (исполнитель роли Остапа Бендера в фильме М. Швейцера «Золотой теленок» 1968 года выпуска):

«Сейчас вы посмотрели фильм, который не представляет никакой художественной ценности! Этого фильма просто нету! Пустое место! И актеры тут ни при чем. Фильм делает режиссер, вы знаете этого режиссера? Какое она имеет право экранизировать этот культовый роман?! Что вы ждали от этого фильма?! Режиссуры нет в помине, и это ужасает!»

М. Захаров, режиссер (автор телефильма «12 стульев» 1977 года выпуска):

«В «Золотом теленке» аморфное и замедленное действие. У Андрея Миронова, Юрского и даже у Гомиашвили была целеустремленность и энергия, которой мне недостает в Меньшикове. Он актер интересный. Но ему нужно помогать, в фильме он брошен в отсутствие жанра. Ему остается только играть какую-то жизнерадостность на пустом месте. Непопадание у всех актеров. Режиссура слабенькая».

Наверное, единственный из маститых, кто похвалил сериал, а также ее постановщицу, был режиссер Владимир Хотиненко. И то, видимо, потому, что был учителем Шилкиной во ВГИКе. Цитирую:

«Я не удивлен, почему именно Шилкиной доверили экранизацию. Ульяна еще во ВГИКе проявила себя как выдающийся режиссер. Ее дипломную работу показали на Венецианском фестивале. Считаю, что молодым нужно доверять снимать любые вещи. Был рад за Ульяну, когда ей предложили снимать «Теленка», она мне звонила. Сейчас у нас молодое кино».

Между тем руководство Первого канала именно «Золотого теленка» избрало в качестве контрпрограммного продукта в своей эфирной войне с «Россией». Как мы помним, он был запущен в эфир через сутки после «В круге первом» и, главное, в одно с ним прайм-таймовое время (21.30). Однако сын турецко-подданного так и не смог одолеть обитателя «шарашки» — у сериала «В круге первом» рейтинг был выше. Так, в первый день трансляции он собрал рекордную для воскресного вечера аудиторию: доля фильма составила 35,5, а рейтинг — 17,3. Точно такие же показатели были у него и во второй день, когда был запущен «Золотой теленок». Однако по ходу дальнейшего показа ситуация изменилась и вперед вырвался «Теленок»: у него рейтинг был 15 %, а у «Круга» — 13 %. К концу недели ситуация вновь изменилась — вперед вырвался «Круг», однако рейтинг обоих фильмов значительно упал, что явно указывало на зрительский отток: у «Круга» он составил 10,4 %, у «Теленка» — 8,5 %.

Отметим, что в январе 2006-го «Россия» была объявлена лидером среди телеканалов по итогам ушедшего телевизионного года. Причем произошло это впервые за долгое время — до этого в лидерах всегда ходил Первый. Эти результаты объявил Gellup Media, подсчитав годовую долю аудитории. Так вот, по итогам 2005 года доля «России» составила 24,14 % против 24,13 % некогда Первого. Третье место было за НТВ — 12,02 %. Далее расположились: дециметровый СТС — 8,4 %, у ТНТ было 5,83 %, у REN-TV — 4,73 %.

Размышляя о причинах этого успеха «России», журналист Д. Дронов писал в «Московском комсомольце»:

«Своего рода «допингом», но только вполне законным, для «России» стал сериал «Мастер и Маргарита», который показывали на канале под Новый год. Но, даже несмотря на шумный и безоговорочный успех этого проекта, принесшего каналу немалые рейтинги и звание создателя культурного события года, триумф десяти, пусть и очень качественных, серий не в состоянии вытянуть весь телевизионный год. Над причинами, повлекшими смену лидера на голубом экране, эксперты, видимо, еще будут не один день ломать голову. На телевидении, как в спорте, одной интенсивностью «тренировок» успех не объяснишь. Но уже сейчас некоторые знатоки телерынка высказывают мнение, что, помимо удачного программирования эфирной сетки, в том числе и сериальной продукции, определенную роль в победе «России» сыграл упор на производство качественных документальных фильмов, на которые среди современного зрителя существует большой спрос. А заодно и возвращение к режиму ежедневной политической аналитики, которую выдают «Вести плюс» с появившимся в этом году телеведущим Дмитрием Киселевым».

Между тем премьера «В круге первом» на какое-то время вновь всколыхнула российские СМИ на новую волну антисоветизма: в газетах начали публиковаться статьи о сталинских репрессиях, по ТВ шли документальные фильмы об этом же. Не о том, как жили и трудились миллионы советских людей (а их в стране насчитывалось почти 250 миллионов), как строились города и возводились новые заводы, как развивались литература и искусство, образование (кстати, одно из лучших в мире!) и здравоохранение, а только один — ГУЛАГ, ГУЛАГ, ГУЛАГ…

На этом фоне в СМИ усиливались нападки на КПРФ. Повторюсь, что, несмотря на то, что этой партии симпатизировало значительное число россиян, однако место в телеэфире ее представителям почти не представляли. И это несмотря на декларируемую на всех углах демократию и плюрализм. Единственное, что делало ТВ на этом поприще, — периодически крутило сюжеты о каких-нибудь мероприятиях КПРФ, да и то делало это мельком. Чтобы не быть голословным, приведу статистику о представленности политических партий в информационных программах ведущих телеканалов. Взять хотя бы период с января по июнь 2006 года. Так, в программе «Сегодня» (НТВ) вышло 317 сюжетов с упоминанием различных политических партий России, при этом в процентном отношении эти упоминания относились: к «Единой России» — 35 %, КПРФ — 25 %, ЛДПР — 21 %, «Родина» — 9 %. В передаче «24» (REN-TV) телесюжетов с упоминанием партий — 287, из них: о «Единой России» — 39 %, о КПРФ — 27 %, о ЛДПР — 18 %, о «Родине» — 11 %; в передаче «Вести» (РТР) упоминаний 273, из них: о «Единой России» — 31 %, о КПРФ — 22 %, о ЛДПР — 12 %, о «Родине» — 11 %; в передаче «События» (ТВЦ) упоминаний 166, из них: о «Единой России» — 37 %, о КПРФ — 29 %, о ЛДПР — 13 %, о «Родине» — 7 %; в передаче «Новости» (Первый канал) упоминаний 169, из них: о «Единой России» — 45 %, о КПРФ — 8 %, о «Родине» — 4 %, о ЛДПР — 2 %.

КПРФ пыталась изменить ситуацию в свою пользу. Так, 21 июня 2006 года в большинстве регионов России прошли митинги, шествия и пикеты в рамках Всероссийской акции протеста, в которых помимо КПРФ участвовало более 30 политических, профсоюзных и общественных организаций. Митингующие были возмущены нарушением своих конституционных прав, в частности права на свободу информации, манипулированием и искажением общественного мнения на федеральных и региональных телеканалах.

Эта акция привела к тому, что один из крупнейших частных федеральных телеканалов России — REN-TV — получил отмашку властей на то, чтобы пойти навстречу КПРФ и предоставить ей больше эфирного времени для своей агитации. Отметим, что REN-TV хоть и являлся крупнейшим телеканалом страны, однако зона его покрытия была куда меньшей, чем, например, у Первого и «России»: он вещает на 725 населенных пунктов от Калининграда до Южно-Сахалинска. В самом начале июля прошел диалог между руководством КПРФ и REN-TV, на котором была достигнута предварительная договоренность о сотрудничестве. Однако уже ближайшее будущее покажет, что заявленные договоренности окажутся замком из песка — ничего путного из них не выйдет. И КПРФ как была изгоем на ТВ, таковым остается и поныне.

Честно говоря, нападки на КПРФ и ее постоянная дискриминация в СМИ в общем-то объяснимы, если учитывать, какой строй нынче на дворе в России — самый что ни на есть эксплуататорско-капиталистический. Однако вот ведь парадокс — такой же деструкции подвергается и православная мораль. Только раз в году — в православную Пасху — то же ТВ, к примеру, поворачивается лицом к верующим и, упав ниц, бьется лбом о землю, прося у Всевышнего прощения за свои грехи. В остальные дни оно эти самые грехи усиленно культивирует. Например, в пасхальные апрельские дни 2006-го на нескольких телеканалах кроме прямой трансляции пасхальной службы можно было увидеть в эфире различных деятелей церкви (причем от рядовых до самых высокопоставленных), которые говорили о вечных ценностях, а также лицезреть документальные фильмы на религиозные темы (вроде «Паломничества в Вечный город» Владимира Хотиненко на канале «Россия»). Но уже на следующий день телеэфир вернулся на круги своя. Какие это круги? Вот как об этом пишет в газете «Завтра» А. Ефремов (номер от 26 апреля):

«Теперь, когда Пасха для наших телевизионщиков закончилась (понятие Пасхальная неделя в РФ отсутствует), они с наслаждением перейдут в обычный зубодробительный режим работы. Увеличивая количество психических заболеваний каждым новым криминальным сериалом. Сплошной «Темный инстинкт» — по имени очередного убийственного «шедевра», поступившего на конвейер информационной войны с населением аккурат в страстную седмицу (НТВ).

Недавно в соловьевском «Воскресном вечере» (эта передача тоже выходит на НТВ. — Ф. Р.) выступал митрополит Кирилл. Выступал столь грамотно и логически безупречно, что Соловьеву, написавшему «Евангелие» от собственного имени (речь идет о книге «Евангелие от Владимира Соловьева», которую телеведущий выпустил в том же 2006 году. — Ф. Р.), и возражать-то было нечего. Речь, кажется, шла о «борьбе с ксенофобией» и «правах человека» — да и о чем еще теперь у нас может быть речь! Позиция Церкви недвусмысленна: источник ксенофобии — одичание, духовный распад. Главный инструмент варваризации, отупения — СМИ. Но дело даже не в этом. Основной смысл прояснился, когда после слов владыки Кирилла я решил переключиться, посмотреть другие каналы.

На общем фоне митрополит выглядел как десантированный в эфир представитель иной по духовным основаниям, более высокой по уровню развития цивилизации. Ведь на канале «Россия» в это время одного невезучего высокохудожественно душили полиэтиленовым пакетом, надетым на голову. По ОРТ среднестатистический голый квартиросъемщик готовился или осуществлял (точно не помню) пошлое совокупление с «любовницей». «Культура» тем вечером предоставила слово какому-то знакомцу поэта Бродского, который декламировал стихи о том, как вместе с друзьями по зоне они отловили и сожрали собаку, но в основном не мог скрыть неизбывной радости от проживания в Америке. Ну, а вернувшись на НТВ, я обнаружил, что столь редкий на нашем «голубом экране» по содержанию и участнику разговор сменило «кино», где герои привычно выясняли отношения «по понятиям» и ликвидировали тех, кто не хотел «по понятиям».

Общая картина: посещение митрополитом чумного телевизионного барака было недолгим. И как только дверь за ним захлопнулась, все встало на свои места: под аккомпанемент оды съеденной собаке «киллеры» продолжили свою нелегкую работу, на другой половине возобновились сопение, возня и вскрики клубка «любовников» и «любовниц».

Можно сколько угодно говорить про растленный Запад, про пресловутую Америку, но заверяю вас: такого вещания нет нигде. Такого больного, такого растленного, такого антихристианского по своему содержанию…»

Отметим, что сколько бы камней ни бросали критики по адесу того же канала НТВ, который сами телевизионщики в своем кругу окрестили за приверженность криминальной тематике «труповозкой», однако факт остается фактом: именно весной 2006-го НТВ по зрительским рейтингам обогнал «Россию» и буквально наступал на пятки Первому каналу. И самыми ходовыми передачами на НТВ были именно криминально-скандальные: «Чистосердечное признание», «Чрезвычайное происшествие» и «Программа Максимум».

Между тем свое беспокойство ситуацией, сложившейся в обществе благодаря деятельности все того же ТВ, в те дни выражали не только коммунисты и деятели церкви. Например, в «Московском комсомольце» (номер от 24 августа) было опубликовано интервью с известным ученым Сергеем Капицей, который был не чужим человеком на ТВ — долгое время он вел передачу «Очевидное — невероятное». Интервью называлось «У пропасти на краю», интервьюер — А. Мельман. Приведу из него несколько отрывков.

А. Мельман: «…Теперь, если пойти в театр, неизвестно, на что напорешься: на матерную брань, раздевание… Но вам скажут — если это органично, то никаких запретов».

С. Капица: «Защищать можно все, что угодно. Наше красноречие здесь безгранично. Но если все время по ТВ мы слышим тюремную лексику, то куда от нее деваться?»

А. Мельман: «Вам не нравятся программы о криминале?»

С. Капица: «Мне не нравится то, что они занимают в эфире столь громадный объем, который совершенно несвойственен интересам обычного человека. Отсюда происходит кризис сознания. Что же тогда за общество мы строим?!»

А. Мельман: «Но если у нас говорят, что в России половина народа сидела, а другая половина ее охраняла, то этот тюремный сленг падает на благодатную почву».

С. Капица: «Не знаю, почему так говорят. В моем окружении сидел один процент. Вот тогда пусть подобных передач будет столько же».

А. Мельман: «Но это же всемирный мейнстрим. В Голливуде 80 процентов фильмов — как раз те самые насилие и жестокость».

С. Капица: «У нас совсем другие проблемы. Население наше вымирает в прямом смысле слова. Через 50 лет в России оно уменьшится наполовину. Вот о чем нужно думать… Понимаем ли мы, что стоим на краю пропасти?»

А. Мельман: «Считается, что природа человека порочна и массовая культура лишь угождает ей. Это и понимается как свобода, потому что любой запрет все равно будет хуже».

С. Капица: «Под воздействием СМИ, которые, по сути, оглупляют людей, общество начинает деградировать. Оно просто разлагается. Вот о чем нужно думать.
Нет ничего выше того, что называется «человеческая совесть». И о ней нужно думать всегда. А все потому, что с 91-го года общественная мораль дискредитируется все больше и больше. И когда я на заседаниях телеакадемии говорил, что нам необходима ответственность, коллеги меня чуть ли не освистали…»

Кстати, о деградации общества. Многие представители интеллигенции, депутаты много копий сломали, пытаясь, к примеру, закрыть такой телепроект в жанре реалити-шоу, как «Дом-2», который начал демонстрироваться на канале ТНТ с 2004 года. Противники этого проекта узрели в нем пропаганду самых низменных инстинктов среди молодежи и неоднократно выносили вопрос о закрытии передачи на заседаниях Госдумы, а также писали даже в Генеральную прокуратуру. Весной 2006 года этот вопрос был вынесен на обсуждение общественной коллегии по жалобам на прессу. Жюри, в состав которого вошли такие видные представители либеральной общественности, как телекритик Ирина Петровская, адвокаты Генри Резник и Михаил Барщевский, глава Национальной ассоциации телерадиовещателей Эдуард Сагалаев, главный редактор журнала «Искусство кино» Даниил Дондурей и актер Александр Филиппенко, признало программу не нарушающей действующего законодательства, не содержащей в себе эротики и порнографии, а также заниженных образцов поведения.

Именно с «Дома-2» пошла по России широкая слава ее ведущей — гламурной львицы Ксении Собчак, которую противники передачи какими только эпитетами не награждали. Например, член Комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей, коммунистка Нина Останина заявила, что «подружка олигархов Ксюша Собчак в «Доме-2» прививает девушкам философию содержанки, учит умению «правильно» и «красиво» продаться».

Говорят, что «Дом-2» держится благодаря именно заступничеству Ксении. Дескать, у нее мама сенатор, а покойный папа был одним из видных демократов-ельцинистов, который выпестовал такого человека, как Владимир Путин — будущий Президент России. Хотя свою роль играет и другое: колоссальный зрительский рейтинг у «Дома-2». В результате этого на протяжении полутора лет (с января 2005 по июль 2006 года) ТНТ лидировал среди каналов в слоте 21.00 (аудитория 18–30 лет): у него было 18,5 %, в то время как у Первого канала было 17,5 %, у «России» — 17 %, у СТС — 12,5 %, у НТВ — 9 %, у REN-TV — 7,5 %, у ТВ-3 — 2 %, у «Спорта» — 1,7 %.

Все это сделало из «Дома-2» настоящую «курицу, несущую золотые яйца». Так, за первый год своего существования проект заработал только на product-placement порядка 4 миллионов долларов, а в 2005 году непрямая реклама и спонсорство в программе принесли ТНТ уже 6,6 миллиона долларов (что в два раза превысило годовой план). Понятно, что позволить закрыть такой высокодоходный проект для канала — настоящее самоубийство. Вот и не позволяют.

Отметим, что канал ТНТ продал оригинальный формат реалити-шоу «Дом-2. Любовь» американской корпорации Sony Pictures Television International (SPTI). И эта сделка стала первой сделкой такого рода в истории отечественного телевидения.