Две недели назад заместитель председателя ВГТРК Владимир Кулистиков был назначен генеральным директором НТВ. Это уже второе возвращение господина Кулистикова в телекомпанию, в которой он начинал работать еще в 1996 году. Зачем он вернулся на НТВ, какие задачи перед собой ставит и почему закрыл ток-шоу Савика Шустера «Свобода слова», Владимир Кулистиков рассказал обозревателю «Ъ» Арине Бородиной.

«О такой перспективе первым мне сказал Олег Добродеев»

— Кто и когда предложил вам возглавить НТВ?
— Первым, кто сказал мне о такой перспективе, был Олег Добродеев (председатель ВГТРК. — Ъ). Это случилось примерно за месяц до назначения. В этом нет ничего странного. С Добродеевым на всех крутых поворотах истории НТВ консультируются как с одним из отцов-основателей телекомпании. Потом уже у меня были беседы с Николаем Сенкевичем (бывший гендиректор НТВ, сейчас глава «Газпром-медиа». — Ъ) и Алексеем Миллером (глава «Газпрома». — Ъ). Затем последовал еще один разговор с Олегом Добродеевым, и только после этого было принято окончательное решение — принять предложение возглавить НТВ.

— Значит, решающим для вас было слово господина Добродеева?
— Безусловно! Потому что мы с Добродеевым работаем много лет, мы друзья. Если бы он сказал, что ему будет трудно решать какие-то вопросы без меня, я бы остался.

— По моей информации, вы не очень хотели уходить с ВГТРК на НТВ. Но решающим обстоятельством стала встреча с Владимиром Путиным, поскольку без его санкции руководителей федеральных каналов назначать не принято.
— У меня нет с президентом таких близких отношений. Мне ни о каких его санкциях ничего не известно. Я последний раз встречался с президентом в январе, вместе с другими журналистами на обеде в Ново-Огареве. Там были и Татьяна Миткова, и Леонид Парфенов, и Владимир Познер, и другие коллеги. Был интересный разговор на разные темы. Но вопрос об НТВ не поднимался.

— Но раз с Олегом Добродеевым «консультировались», то он как минимум должен был проинформировать вас о реакции Кремля на предложение о вашем назначении на НТВ. Вы у него об этом спрашивали?
— Мне уже давно ничего не надо спрашивать.

— Олег Добродеев формулировал вам свои пожелания, каким должно стать НТВ?
— Мы говорили о том, что НТВ необходимо развивать как федеральный канал с сильными рыночными позициями.

— А вас не смущает, что вы прислушиваетесь к рекомендациям господина Добродеева, который руководит крупнейшей государственной медиакорпорацией, тогда как вы сейчас стали гендиректором пусть и по формальному признаку, но все-таки частной, коммерческой телекомпании?
— Я, знаете ли, за свою жизнь поменял много мест работы. Везде работал адекватно и лояльно относился к руководству и к тем задачам, которые передо мной ставили. Вне зависимости от того, какие это были задачи. Я работал в общеарабской газете «Аль-Хайят» в Москве, работал на радио «Свобода», финансируемом конгрессом США, и тоже соответствовал тем запросам, которые там были. В советское время работал в журнале «Новое время», который издавался под патронажем ЦК КПСС. Я профессиональный работник в сфере медиа и занимаюсь решением тех задач, которые ставит передо мной собственник данных медиа и никто другой. Поэтому для меня важны задачи, которые поставил передо мной акционер, и мое собственное видение того, каким должен быть канал НТВ. Я считаю, что он должен стать независимой телекомпанией западного типа. Независимой в том смысле, что все решения в отношении редакционной политики НТВ принимаются внутри компании, а не где-то снаружи.

— Например, в ВГТРК?
— Это вообще исключено. Решения должны приниматься только руководителями НТВ, но с учетом разнообразных импульсов из внешней среды.

— Вы Кремль имеете в виду?
— Я имею в виду все внешние импульсы, которые надо учитывать, чтобы компания чувствовала себя комфортно.

«Канал приобрел оттенок маргинальности»

— Как собираетесь возвращать утерянные позиции канала?
— Нам необходимо укрепить региональную сеть, которая сейчас в упадке. Местные вещатели НТВ бесцеремонно вторгаются в ткань канала с некачественным продуктом. В результате НТВ в Москве и НТВ в Сибири — два непохожих друг на друга канала, что не может не сказываться на рейтингах. Без наведения здесь порядка нельзя считаться полноценным федеральным каналом. Крайне важно, чтобы на канал вернулась аудитория в возрасте между 25 и 55 годами. Это должны быть успешно работающие, думающие люди, которые связывают свою жизнь с Россией, чутко реагируют на все, что в ней происходит. Люди с либеральными взглядами не только на политические, но и экономические, сексуальные, бытовые вопросы. А пока зритель НТВ стареет, становится консервативнее. Лейтмотивом деятельности НТВ для меня остается «Новости — наша профессия». Новости должны быть не только самыми оперативными, но и представлять позиции всех участников событий. Если НТВ вернет себе ореол объективности и беспристрастности, люди, которые не хотят, чтобы их грузили идеологией, обратят на него свои взоры.

— А вы считаете, что не «Вести», которые вы возглавляли на ВГТРК, а новости НТВ были перегружены идеологией?
— «Вести» прекрасно справляются с задачами, которые стоят перед государственным каналом. У НТВ потенциал шире, здесь больше возможностей для представления самых разных точек зрения и для такого анализа событий, который на госканале неуместен. Пока этот потенциал не использован. Пусть не обижаются на меня мои «новые-старые» коллеги, но из некоторых программ, порой даже из новостей, ушла объективность. Сложилась картина, обратная той, которая имеет место в обществе. Преобладающими стали голоса и оценки тех, кто потерпел неудачу в политике и бизнесе и склонен в этой неудаче винить кого угодно — президента, Россию и ее «отсталый народ». Это придало каналу оттенок маргинальности, что, с одной стороны, оттолкнуло от него людей, принимающих решения, а с другой — негативно сказалось на рейтингах.

— Под определение «маргинал» при желании можно подвести любого человека, не согласного с действиями власти.
— Под маргиналами я подразумеваю людей, которые потерпели крах в политике и бизнесе.

— Но все они имеют право на высказывание альтернативной точки зрения. А после закрытия «Свободы слова» площадки, где она может прозвучать в прямом эфире, на телевидении не осталось. К чему была такая срочность — на второй день вашей работы на НТВ закрыть это ток-шоу?
— Это решение далось мне нелегко, в свое время я был инициатором создания программы, а Савик Шустер — мой старинный приятель. Считалось, что программа была трибуной для обмена мнениями. Но далеко не всеми мнениями. Люди статусные, принимающие решения, оставались в меньшинстве либо не приходили вовсе, из-за этого программа перестала быть объективным отражением споров, идущих в обществе. Пусть простит меня Савик, но зачастую она воспринималась как клуб «пикейных жилетов», которые в сущности доказывали один тезис: Путин — не голова. Голос большинства был в ней почти не слышен. Отсюда, на мой взгляд, исчез ореол беспристрастности, на который претендовало и должно претендовать НТВ.

— О каком критерии объективного отражения может идти речь, когда на государственном телевидении давно не приветствуется формат дискуссии с обществом? Теперь этого не будет и на НТВ. А говоря о «большинстве», вы высокие рейтинги «Свободы слова» — около 30% московской аудитории и более 15% российской — в расчет не принимаете?
— Приличный рейтинг «Свобода слова» имела у аудитории старше 55 лет! Нам необходимо омолаживать аудиторию. Подобные программы имеют смысл, если в них представлен весь спектр политики. А в «Свободе слова» выступали одни и те же люди, что создавало впечатление ангажированности НТВ.

— Почему же? В «Свободе слова» бывали и губернаторы, и представители «Единой России», включая первого вице-спикера Госдумы Любовь Слиску, и чиновники из правительства, МВД, Генпрокуратуры. Ахмат Кадыров приходил…
— Да, такие люди там были, и многие из них делились со мной своими впечатлениями. А впечатление у них, как и у многих зрителей, было таково: они, добившиеся успеха, предстали перед судом обиженных неудачников. Причем перед таким судом, где их аргументы никто не хочет слушать. Достаточно типичная мизансцена: робкий и немного косноязычный представитель парламентского большинства, которого удалось по неопытности заманить на программу, пытается рассказать о сути правительственной реформы. И тут поднимается испытанный боец-краснобай из правых или левых и хорошо поставленным голосом восклицает что-то вроде: «Да что вы его слушаете про какие-то индексы? Народ голодает!» Публика нажимает кнопки, и вот результат: народ в зале «против». А на выборах почему-то «за». Вот от этого статусных людей было мало. В основном там были те, кто за последнее время много чего проиграли, показав себя неумелыми управленцами и беспомощными политиками. Кроме того, у нас остается программа «К барьеру!» Владимира Соловьева. Это тоже площадка для дискуссий.

— Но в программе «К барьеру!» гораздо чаще, чем в «Свободе слова», появляются одни и те же персонажи.
— У Соловьева другой формат, более развлекательный, ориентированный скорее на артистизм и оригинальность, чем на аналитическое глубокомыслие. Кроме того, у меня нет намерений изгонять оппозицию с экрана. Просто картина должна быть объективной, а палитра мнений — представительной.

— Возможность появления на НТВ аналога «Свободы слова», пусть и с другим ведущим, остается?
— Когда в России начнутся очередные выборы, надо будет подумать о таком формате, а в ближайшее время он точно не появится. Савик будет заниматься документальным кино, которого на НТВ почему-то не стало. Я уверен, что он решит эту задачу.

«Наши новостные программы должны брать пример с «Коммерсанта»

— Какие изменения произойдут в информационной политике НТВ?
— Новости должны быть статусными. Мы будем стремиться как можно больше информации получать из первоисточников, чтобы, видя нашу объективность и неангажированность, носители информации от нас не шарахались. В общем, я хочу, чтобы наши новостные программы брали пример с «Коммерсанта». Для меня ваша газета — образец качественной журналистики. Не случайно «Коммерсантъ» берут в руки и член «Единой России», и «яблочник», и «национал-большевик». Каждый при этом чувствует себя сопричастным чему-то серьезному и важному. Такими должны быть и новости НТВ.

— Если в новостях будет пять сюжетов о президенте Путине минут на двадцать, как в «Вестях», новости НТВ превратятся в статусные?
— Это не в духе НТВ. Из наших новостей зрители должны получать объективную информацию, в том числе и о том, чем занимается президент, о сути принимаемых им решений.

— А о том, что происходит в Чечне — о чем фактически перестали говорить на госканалах, о том, как развивается процесс вокруг ЮКОСа, вы считаете, нужно говорить меньше, чем о президенте?
— А кто мешает-то? Мы показываем и будем показывать и про Чечню, и про ЮКОС.

— Какое будущее ждет на НТВ Татьяну Миткову и Михаила Осокина? Говорят, что они покинут эфир?
— Я предложил Татьяне стать моим заместителем по информационному вещанию. Она согласилась. Эта деятельность несовместима с другой работой, потому что отнимает слишком много времени. Так что если Татьяна Миткова захочет выполнять эти обязанности, из новостей она уйдет. А Михаил Осокин остается работать в эфире.

— Возможность возвращения Леонида Парфенова на НТВ, как я понимаю, вы не рассматриваете?
— Он мне не звонил, мы об этом с ним не говорили. Я думаю, что сейчас нечего обсуждать.

— А вообще итоговая программа на канале будет?
— Обязательно. Но какой она будет — пока секрет. Надеюсь, мы всех удивим и этим проектом, и персоной ведущего. Пока ничего добавить не могу, нужно еще договориться по всем вопросам. Еще к нам переходит программа «Школа злословия». Там Татьяна Толстая и Дуня Смирнова будут злословить с разными людьми. Уже решено, что «Страна и мир» остается в эфире и будет выходить пять дней в неделю. Сейчас мы работаем над новой сеткой, но ее подробностей я пока не раскрываю.
Перед нами стоит задача сохранить и расширить рыночные позиции НТВ. За последнее время доля НТВ по сравнению с другими федеральными каналами резко упала. Доля аудитории 11–12% — это опасная черта, и сложившееся положение нужно исправить. Канал НТВ, как любая медийная компания, не должен быть ни политической партией, ни национально-освободительным движением, ни правозащитной организацией.

«Я не чувствую себя на НТВ временным человеком»

— Большинство наблюдателей полагает, что вы будете тесно координировать свою программную политику с каналом «Россия», заключив таким образом союз против «Первого канала». Но ведь как только начнет расти рейтинг НТВ, начнет падать рейтинг канала «Россия». Аудитории этих двух каналов смежные, а позиции «Первого» как раз менее уязвимы.
— Я не знаю, у какого канала мы возьмем проценты аудитории. Может, мы привлечем на НТВ зрителей, которые сейчас вообще не смотрят телевизор. Мы будем конкурировать и с «Первым каналом», и с «Россией». На рынке все конкурируют. Но координировать свою политику с каналом «Россия» — это исключено. Когда-то НТВ было безусловным лидером во всем, что касается телевидения, а теперь, глядя на такие проекты, как «Ночной дозор» на «Первом», «Идиот» или снимающийся сериал «Мастер и Маргарита» на «России», невольно думаешь, как далеко ушли наши конкуренты. Чтобы ликвидировать этот отрыв, нужны амбициозные проекты. Но уверен, что на НТВ есть и будут люди, способные осуществить эти масштабные планы.

— Вашим первым заместителем стала Тамара Гаврилова. Это новый человек не только для НТВ, но и для всего медиасообщества. Пока самой яркой деталью ее биографии является то обстоятельство, что она была однокурсницей Владимира Путина в ЛГУ. Вы говорили мне, что давно с ней знакомы. Когда это случилось?
— Мы с ней знакомы около года. Однако в таких деталях, как вы, я с ее биографией не знаком. Когда на НТВ происходили какие-то перемены, на чисто дружеской основе мне звонили люди, задавали вопросы по поводу компании. Я встречался и с Николаем Сенкевичем, соответствующие разговоры были и с Тамарой Сергеевной. Но это на уровне простых человеческих консультаций. А ее помощь для меня на канале весьма ощутима. Тамара Сергеевна занимается вопросами финансового и корпоративного развития, юридическими вопросами.

— Вы во второй раз приходите на НТВ фактически с одинаковой миссией. В 2001 году после раскола НТВ вы были делегированы поддержать команду Бориса Йордана, продемонстрировав своим появлением преемственность с традициями прежнего НТВ. Сейчас вам предложили возглавить НТВ, чтобы вернуть каналу прежние позиции. Есть ощущение, что ваше появление на НТВ вновь временное и спустя какое-то время, проведя на канале «зачистку», вы уйдете, передав НТВ в другие руки — например, той же Тамаре Гавриловой?
— Это не «зачистка», а реформа. А на НТВ я не чувствую себя временным человеком. Вернувшись в 2001 году, я проработал на НТВ целый год. И за это время кое-что успел сделать. Мне очень нравится работать на НТВ. А сколько мне работать — решать акционерам.