Илья Олейников и Юрий Стоянов о том, как познакомились и как придумали «Городок», в интервью журналу «Теленеделя» 2000-го года.

— История вашего знакомства уже обросла легендами. А как было на самом деле?

Юрий: Впервые мы встретились с Олейниковым на концерте в Доме журналистов. Я пришел с гитаркой спеть авторские песни. Вдруг влетели четыре эстрадника, лихо отработали и умчались. Но Илью я запомнил: симпатичный и смешной.

Илья: И мне Юра понравился — обаятельный, да и на актера Стржельчика похож. Подумал: сын! — по Ленинграду ходил такой слух. А вновь мы увиделись года через полтора на съемках фильма «Анекдоты». Я там играл Максима Горького без единой реплики. А Стоянову досталась роль Александра I с одной фразой: «Пошел вон, дурак». На съемки пришелся мой день рождения. И я приволок в парк, где мы расположились, сумку с водкой. Вдруг из-за кустов выплыл Стоянов с такой же сумкой. Так мы узнали, что родились в один день и месяц — правда, с разницей в десять лет.

Юрий: Потом начали работать на ленинградском ТВ: в программе «Адамово яблоко» вели рубрику анекдотов. А потом захотели сделать свою передачу.

Илья Олейников (справа) и Юрий Стоянов (слева) в «Городке»

— «Городку» — уже семь лет. Не устали смешить людей?

Юрий: А мы никого не смешим! Снимаем истории про нормальных людей, попадающих в идиотские ситуации. В «Городке» нет издевательского юмора — есть сочувствие человеку.

— А ваши знаменитые приколы?

Илья: Даются если не кровью, то потом. Однажды «Городок» снимался в Израиле, и Стоянов придумал такой прикол: наш гаишник беспощадно штрафует бывших советских граждан. Мой бывший сосед по школьной парте Миля — круглый двоечник, ставший президентом крупной израильской авиакомпании, отвез нас в поселок, где эмигранты живут, пока не адаптируются. Стоянов напялил форму, взял палочку и встал у дорожного столба. Еврейские товарищи на русского постового шли, как щука на живца, безропотно отдавая свои шекели! День выдался знойный, а на Юре — шерстяные галифе с гимнастеркой, шинель, хромовые сапоги! Он потел-потел, наконец, не выдержал, прижал коленом к капоту очередную жертву и просипел: «Неужели вас не удивляет, что я посреди Израиля стою в советской милицейской шинели?» А потерпевший в ответ: «Еще как удивляет. В шинели в сорокаградусную жару!»

Юрий: Со скрытой камерой у нас потрясающие вещи случаются! Недавно снимали сюжет в рабочей столовке на окраине, где собираются дальнобойщики и бомжи. «Наш» человек просил посетителей помочь досочинить стихотворение, которым хотел извиниться перед женой за двухдневное отсутствие. И один дед на просьбу продолжить строчку «Люблю тебя, Наташа...» срифмовал: «... как Демон — свою Отеллу!» Все засмеялись, а он разошелся: «Всемилостивая моя Наташа, люблю тебя до гроба жизни моей! Трижды прошу прощения, будь я проклят за всю мою вину. Святая ты женщина! Люблю тебя. Жду тебя. Всегда твой...» К сожалению, много таких историй в передачу не попадает. Но обязательно смонтирую из них документальный фильм «Эта несмешная скрытая камера».

— Снимаете все на натуре?

Юрий: «Городок» на самом деле — маленькое кино. И у нас все настоящее: коммуналки, дворцы, пещеры. И даже космический корабль — в музее или НИИ всегда найдется подходящая кабина. Колесим по Питеру в автобусе, снимаем от трех до пяти сюжетов в день.

Илья: Выгрузимся — и тут же вокруг любопытствующие собираются. Но не мешают. А если что, гавкнешь через мегафон пару-тройку матерных слов — и все расходятся.


— Ваше партнерство трудно складывалось?

Юрий: Наоборот, никакой «притирки» не было! Хотя Илья окончил эстрадно-цирковое училище и всю жизнь хохмил на эстраде, а я после ГИТИСа семнадцать лет играл в Большом драматическом театре. Завидя Илью, все улыбались, а я был тогда несмешной — худой, с длинными волосами, да и сейчас, глядя на меня, не обхохочешься.

Илья: У нас — абсолютное взаимопонимание. Первые четыре года мы вдвоем делали передачу как авторы. А потом Юра достиг таких вершин в телережиссуре, что я понял: ему лучше не мешать. У него есть в Одессе авторы, которые пишут «под нас», как дантисты протезы делают — для определенного рта. Никаких разборок текста у нас нет — сидим, курим, говорим про что угодно. На съемке размечаем, кто что будет делать. А чуть включается камера — происходит чудо!

Юрий: Дискуссий на тему «Кому что играть» не бывает. Не получилось у одного — другой переоденется. Но женщин обычно играю я.

Илья: Мне усы мешают. А в остальном мы просто знаем, кому что больше подходит. Юра очень наблюдателен, видит человека — и тут же может сделать на него пародию. У меня — природная органика, которой пользуюсь.

Юрий: Работы в «Городке» много, приходится делиться — иначе не выжить. Я занимаюсь съемками, монтажом, режиссурой, Илья — концертными программами, которые для нас так же важны, как для спортсменов — тренировки. Словом, мы — партнеры, и это главное!

— Попробуем создать коллективный портрет «горожан». Любимая еда?

Юрий: Домашние котлеты. Лучше моей бабушки их никто не делал. Очень люблю болгарскую кухню, поскольку вырос в болгарской семье. Сам не готовлю. Хотя был в жизни период, когда я все делал своими руками — варил, жарил, строгал, прибивал, прекрасно ухаживал за детьми. И заслужил, чтобы все это не делать теперь.

Илья: Жареная картошка с солеными огурцами. Сам люблю есть, а готовят пусть другие.

— Любимый напиток?

Юрий: Кока-кола. И кофе с лимоном.

Илья: Раньше была водка. Но года два назад бросил ее пить и перешел на квас.

— Ваши увлечения?

Юрий: Я — мастер спорта по фехтованию на саблях. Еще обожаю все, что едет, пыхтит, дает газа и быстро носится. Я — одессит и люблю море. Но на «отключку» хватает трех дней, а дальше начинаю скучать по работе.

Илья: У нас за рулем — жена. Отдыхать на море и валяться на пляже не люблю: обидно тратить на это лето. Если есть свободное время, вожусь на даче. Берешь в руки газонокосилку, из-под нее трава летит — здорово!


— А как с личной жизнью?

Юрий: Она есть, но я ее не раскрываю никогда. У меня жива мама, энергичная, как и положено настоящей одесситке. Она — директор педагогического колледжа, который сама создала лет двадцать назад. Есть два сына от первого брака — Николай и Алексей. Они уже взрослые, оба — журналисты-телевизионщики. А насчет жены... У меня столько раз все менялось! Можете написать, что у меня нет жизни вне студии. И, поверьте, я — счастливый человек!

Илья: Мы с женой уже отпраздновали серебряную свадьбу. Ирина -замечательная женщина! Она работала младшим научным сотрудником в НИИ, но в перестройку ее зарплаты стало едва на проезд хватать. Тогда Ира занялась домом, начала на даче помидоры выращивать. Хотя на те деньги, что тратились на удобрения, можно было столько томатов закупить! А сейчас она работает провайдером в серьезной фирме. Живем мы за городом, в деревне Порошкино, недалеко от Петербурга. У нас есть сын Денис, который незаметно вырос и с приятелем создал группу «Чай вдвоем». Фамилия у Дениса — моя настоящая: Клявер. Олейниковым я стал благодаря жене и всегда в шутку говорю: «Ты мне дала фамилию, зато я тебе — национальность!»

— Домашние животные?

Юрий: Всю жизнь были собаки. Последний — Тиль: обаятельнейший черный пес, который снимался во всех «Городках». Но он недавно умер.

Илья: Раньше были тараканы. Сейчас вывели.

— Мечта детства?

Юрий: Космонавтом быть не хотел — всегда знал, что буду артистом.

Илья: А меня заедала жажда славы. Мечтал, как на школьном вечере на аккордеоне сыграю «Турецкий марш» Моцарта. И мне будут аплодировать директор школы, завуч и девочка, которая нравится.

— Не боитесь, что ваша фантазия вдруг иссякнет и «Городок» зачахнет?

Юрий: Рецепт тут простой. Всегда надо забывать о сделанном. И не думать, что, если вчера ты прыгнул на два двадцать, завтра обязательно надо одолеть «планку» два двадцать пять. Ты вчера просто прыгнул.

Илья: И было очень приятно лететь!

Комментарии (0)
Чтобы добавить комментарий войдите или зарегистрируйтесь