Обидно, когда окружающие воспринимают тебя исключительно как жену продюсера. Будто и сама не в состоянии что-то сделать. Валентина Пиманова доказала как раз обратное. Ее последний проект «Кумиры» считается одним из самых стильных и рейтинговых на ОРТ. А ее муж, ведущий программ «Человек и закон», «Кремль-9» и руководитель телекомпании «Останкино» Алексей Пиманов не принимает сейчас в нем практически никакого участия. Хотя как ни крути, работа и семья у Валентины абсолютно неотделимы друг от друга. С мужем они даже сидят в соседних кабинетах. Поэтому, чтобы не чувствовать через стенку взгляд строгого продюсера, мы отправились разговаривать в белоснежную студию «Кумиров», присев на тот самый диван, на котором уже побывали десятки звезд...

— Валентина, вы всегда расспрашиваете своих «кумиров» об их жизни. Давайте поговорим о вашей?

— Давайте. Только вы знаете, когда меня начинают спрашивать о жизни, я сразу как-то теряюсь. Во-первых, потому что работа и жизнь в нашей семье абсолютно неотделимы друг от друга. А во-вторых, мне иногда даже немножко обидно становится. Понятно, что людям интересны какие-то подробности личной жизни телеведущего, но на самом деле я ведь работаю в «Останкино» 15 лет, и профессиональная сфера для меня не менее важна. За эти годы многое было сделано и многое пришлось преодолеть.

— Некоторые наверняка возразят вам: что же преодолевать, когда есть муж-продюсер?

— Вы знаете, это вовсе не тот случай, когда продюсер Пиманов сделал из меня автора и ведущую собственной программы. А на каком-то этапе жизни, может, было и наоборот. Во всяком случае мы всегда помогали друг другу. Учитывая то, что я начала свою карьеру на телевидении очень давно. Работала с Владом Листьевым, немножко застала программу «Взгляд». Потом, когда придумали «Поле чудес», стала первым редактором этой передачи и горжусь этим. Сохранять в течение 12 лет тот рейтинг, который имеет «Поле чудес», — это хорошая память Владу и честь и хвала Якубовичу... Поэтому говорить о жизни я, конечно, готова, но скажу честно: вся жизнь у меня сейчас связана с проектом «Кумиры». Так много крови и пота в него вкладывается, что на что-то другое времени просто не остается.

— В общем-то это не удивительно: «Кумиры» являются сейчас одной из самых рейтинговых программ ОРТ. Идея ее создания принадлежит вам?

— Сейчас я даже не могу точно сказать, кому она принадлежит. «Кумиры» — передача о людях, которые в какой-то момент своей жизни были на пике популярности, но потом или ушли из творчества, или оказались забыты. И мне кажется, что эта программа стала своеобразной кульминацией того, что было наработано за все эти годы. Раньше я неоднократно снимала фильмы или сюжеты на подобные темы. Но мне всегда хотелось делать свою женскую программу. Осенью 1998 года я сняла фильм о генерале Романове (этот человек до сих пор находится в состоянии комы в госпитале Бурденко), сделала интервью с его супругой — получилась такая love story, которую мы даже вынесли в рубрику «Еще раз про любовь». Но в этот же момент на ОРТ начала выходить программа Оксаны Пушкиной, и я поняла, что делать на Первом канале еще одну программу с женской тематикой будет непросто. А поскольку вообще не отношусь к категории людей, которые, что называется, идут напролом, я тихо отодвинулась. Потом у меня родилась идея программы «Мир женщины», в течение года она успешно выходила на ТВЦ. Тогда в рамках этой программы мы сделали несколько портретов наших дикторов-женщин. Я съездила на интервью к Анне Николаевне Шиловой (покойной теперь) и была поражена тем, в каком состоянии живут наши ветераны. Кстати, после этого (мы долгое время это скрывали) наша телекомпания взяла под свою опеку несколько человек из числа ветеранов эфира, и мы стали выплачивать им небольшую пенсию. Леше очень нравилась моя программа, но он все время говорил: «Понимаешь, все-таки это не то.

Женских программ довольно много, нужно придумать что-то оригинальное». Так что по большому счету «Кумиры» родились с его легкой руки. И хотя мне было жалко бросать свою уже наработанную программу, но ему удалось меня убедить. Потом, когда Борис Краснов сделал нам совершенно потрясающие декорации, это было окончательным импульсом, который дал рождение новой программе. Без этой студии, наверное, у «Кумиров» и не было бы какой-то особенной ауры.

— Вы принципиально не появляетесь в студии во время беседы со своими героями. Так задумывалось изначально?

— На самом деле все, конечно, происходит не совсем так. У нашей программы своя, очень сложная технология. Как она монтируется, как снимается — все это достаточно тяжелый и необычный процесс. Всех тайн я вам раскрывать не буду, но такого точно не существует больше ни в одной передаче. В результате зритель видит красивую картинку на экране и даже не представляет, какой колоссальный труд за этим стоит.

Я помню, когда мы с Лешей вместе вели программу «За Кремлевской стеной», возвращались на поезде из очередной командировки, нашими соседями по купе оказалась очень милая пара, пожилые люди, мы познакомились. И вот женщина говорит мне: «Ой, ваша жизнь — это же сплошные парикмахеры и косметологи!» И когда я начала ей рассказывать, какая наша жизнь на самом деле, как снимаются программы, по-моему, она даже до конца не поверила. Все думают: что сложного — встала перед камерой, наговорила текст, и все. А какой за этим труд кроется... На прошлой неделе, например, срочно сдавали программу об актрисе Татьяне Лавровой.

Она оказалась очень своеобразной дамой — на интервью согласилась, но практически ничего не рассказала. Мы все были очень расстроены. Программа уже была запланирована в сетке, отменять ее было невозможно. Тогда я у себя в кабинете села за стол и несколько часов писала сценарий, используя всю информацию, которую мы нашли в Интернете. Потом, когда подняла голову, у меня были безумные синяки под глазами. Нужно было срочно вставать в кадр, пришлось все быстро загримировывать. А ведь зрители потом будут обсуждать: вот в этой программе она была ничего, а вот здесь — не очень...

— Ну не скажите. Мы, зрители, и на содержание программы обращаем внимание...

— Да я не спорю. (Смеется.) Мы тут один из выпусков «Кумиров» сняли о Юрии Шатунове. Боже мой, вы не представляете: нас до сих пор засыпают письмами! Девочки, девушки, уже чуть ли не бабушки, которые его любили и до сих пор обожают. Тем более когда мы рассказали, что Юре 30 лет, и он еще не женат. Все надеются на знакомство, на встречу с ним. Присылают открыточки, цветочки, фотографии. Одна девушка обрисовала свою левую руку и написала: «Юра, положи это себе на сердце, и ты почувствуешь тепло моей души». И вот что мы можем всем им ответить? Наш народ, конечно, ужасно наивный в этом смысле.

— Валентина, я вот о муже вас вроде не спрашиваю, но он все равно присутствует в разговоре...

— Хотя к программе «Кумиры» не имеет никакого отношения! Вы не поверите. Даже несмотря на то, что является ее продюсером. У меня в этом смысле вообще самое тяжелое положение в телекомпании. Если для остальных ведущих и руководителей программ есть часы, они записываются на прием, когда могут пообщаться с Пимановым, то я такой возможности лишена. А если и записываюсь к нему, мне уделяется не больше пяти минут. Заканчивается все словами «давай обсудим это дома». А дома: «Слушай, я так устал, давай поговорим об этом завтра на работе». Так вот и решаются мои проблемы. Так что я время от времени думаю — может быть, мне сменить продюсера?.. (Смеется.) Хотя в какой-то мере Лешины мотивы объясняются еще и тем, что он считает меня самодостаточным человеком. И все эти годы совместной работы показывают, что я и сама справляюсь. Но вот чисто по-женски, конечно, бывает обидно. Иногда так хочется почувствовать эти сильные плечи, чтобы кто-то взвалил на себя твои проблемы. А укорять его я тоже не могу. Я прекрасно понимаю, что у него и своих две программы — «Человек и закон» и «Кремль-9», которые требуют постоянного внимания. И огромный штат людей — это очень большая ответственность.

— Вы никогда не пытались установить правила: дома говорим только о домашних делах, а о работе — на работе?

— Алексей часто это предлагает, но это абсолютно нереально. Через три минуты обязательно раздается телефонный звонок по делу, или включаем телевизор: «О, смотри!» — и начинается обсуждение какой-то проблемы. Так что это уже даже не профессия — это образ жизни. Но иначе мы бы не были вместе.

— А как же творческие разногласия, конфликты?

— Да мы с ним даже ссоримся только по профессиональным причинам! (Смеется.) Леша часто говорит: «Посмотри, мы ведь за все эти годы ни разу не поругались на бытовой почве». Например, это сейчас Алексей Викторович не принимает никакого участия в нашей программе, а поначалу, естественно, собирались у него в кабинете всей творческой группой, решали проблемы. А здесь, как в любой компании, слово руководителя — закон для всех. Вот все сидят и молчат. А я-то не могу. И наши совещания всегда приводили к такому междусобойчику: все молчат, а я начинаю отстаивать точку зрения. Так что ссоримся, но исключительно по работе. Да и нормальной человеческой жизни мы почти лишены. И это на самом деле не громкие слова. Сейчас вот грядут майские праздники, все люди стараются куда-то вырваться, поехать на дачу. А у нас будут эфиры. Я уж не говорю об отпуске. Даже просто пойти пройтись по магазинам — это вообще счастье несказанное, которое бывает очень редко. Кто-то, наверное, мечтает о такой жизни, и я не спорю — это здорово. Но когда это длится десятилетиями, все-таки сложно.

— Неужели не позволяете себе хоть немножко расслабиться?

— Наверное, единственное, что мы себе позволяем, как и все творческие люди, — достаточно поздно начинать свой рабочий день. Не раньше 12 часов. Зато мы и уезжаем порой из «Останкино» часа в два ночи.

— А как же ужин для уставшего супруга?..

— Без ложной скромности скажу, что я очень хорошая хозяйка. Люблю готовить, и накормить семью для меня не составляет проблемы. Но Леша меня всегда жалеет и везет вечером куда-то поужинать. Хотя там возникает другая проблема. Его ведь везде люди не просто узнают, а просят о помощи. В течение последних двух лет это тоже стало испытанием. У всех ощущение: раз этот человек несет с экрана слово о законе и справедливости, значит, он обладает какими-то возможностями. В этом году мы поехали в Сочи. Только сели в поезд — я понимаю этих людей, сострадаю им всей душой, — тут же пришла проводница с рассказом о своей невероятной трагедии. И проблема ведь не в том, что тебе не дают отдохнуть, а в том, что ты не можешь помочь этим людям. И от этого чувствуешь себя безумно неловко. К тебе приходят как к доктору или священнику. И таких ситуаций все больше и больше. В этом смысле это очень тяжелая психологическая нагрузка.

— Вы сказали, что хорошая хозяйка. А как выглядит в быту начальник Пиманов?

— Я вас, наверное, очень удивлю, но это два совершенно разных человека. Насколько он жесткий и мобилизованный здесь, в «Останкино», настолько он совершенно другой дома. Я иногда даже удивляюсь. Такое ощущение, что вот переступили порог, как будто переключили кнопку — и все, включилась другая программа. Вообще Леша человек очень хозяйственный. Он относится к той категории мужчин, для которых, скажем, вымыть посуду не представляет никакой сложности. Более того, он часто делает это по собственной инициативе. Например, торопимся утром, я говорю: «Не трогай, сейчас все сделаю». Пока докрашиваю правый глаз, смотрю — уже все чашки вымыл. Много лет назад мы строили дачу, и абсолютно все делали своими руками. Начиналось со сруба, который был привезен из Мордовии, я держала внизу, страхуя, трехметровую лестницу, на которой стоял Леша и олифил дом. Он вообще это все очень любит и умеет делать, но, к сожалению, для этого сейчас все меньше времени. Так что мы с ним люди самодостаточные. Я, например, отношусь к категории женщин, которые могут запросто разобрать карбюратор «Жигулей». Давно за рулем, хотя последнее время не езжу — проблемы со зрением. А он из категории мужчин, которые могут посуду спокойно вымыть. И очень многие годы говорит: «Давай я что-нибудь приготовлю». Но я на такой эксперимент пока не решилась. Не знаю, когда он мог научиться?

— И все-таки вы столько лет постоянно находитесь вместе. Неужели не устаете друг от друга?

— С одной стороны, конечно, устаем. Внутренняя связь такова, что даже на работе, сидя за стенкой друг от друга, ты все равно чувствуешь человека. Недавно Леша ездил на три дня с друзьями играть в хоккей в Шотландию (Алексей Пиманов еще и профессиональный футболист. — «МКБ».) В первый же день звонил мне бесконечно и уже к вечеру заявил: «Соскучился». Я говорю: «Ты же так хотел уехать!» Он: «А вот уехал и чувствую, что уже домой хочу». За эти годы на ТВ я, естественно, прослеживала очень много судеб, и мне кажется, что счастливы — это громкое слово, но по крайней мере имеют нормальную личную жизнь только вот такие творческие пары. Мужчины и женщины, которые, как мы, совмещают профессию с жизнью. В противном случае это одинокие разбитые судьбы.

На этих словах в студии неожиданно показался и сам Алексей Пиманов. Тут уж, как говорится, на ловца и зверь...

— Алексей Викторович, я тут пообщалась с вашей женой и поняла, как нелегко ей с вами. Времени ей не уделяете, на прием к вам попасть невозможно...

— Так, это вообще все какие-то инсинуации. (Смеется.) Уж Валюше-то жаловаться на жизнь?.. Да вы посмотрите, какую мы студию ей сделали (с гордостью), Краснова подключили. Сам лично с Борей до четырех утра пьянствовал, в творческих муках. Изначально у нас была идея оформить здесь все в виде московского дворика. Мы с Бориным художником долго и упорно рисовали этот дворик, а когда приехал Краснов, заявил, что ему ничего не нравится. С 11 вечера упорно «наливали чай». И где-то к утру родилась эта идея — залить все белой краской. Будто человек возвращается в квартиру через много лет — а там все покрыто пылью.

— Женой-то своей гордитесь? И программу делает, и дома все успевает?

— Конечно, а как ею можно не гордиться? Я вообще считаю, что мне повезло. Вот если все хорошие качества перечислять, которые есть в человеке, — это как раз Валя. Она настоящая женщина. Во всяком случае, наши современные тенденции, когда работа превращает женщин в лошадей, ее не коснулись. Может быть, из-за этого она часто страдает, потому что в отличие от многих других ведущих у нее очень хрупкий и нежный организм. И если ее кто-то начинает толкать локтями, как у нас здесь часто происходит, для нее это очень тяжело. Она не умеет жить по этим законам. Я стараюсь ее оберегать.

— Как оцениваете программу Валентины?

— «Кумиры»? Ну здрасьте — любимый проект! На самом деле я очень рад, что он получился именно таким. Не зря же сейчас его считают, это я уже как продюсер говорю, одним из самых стильных проектов на телевидении. По задумке, по стилю, по идее — это действительно лучший проект на ТВ. Ну, не считая «Кремля-9», конечно. (Смеется.) Шутка.

Комментарии (0)
Чтобы добавить комментарий войдите или зарегистрируйтесь