Никто из рядовых россиян не заблуждался на тот счет, что в преддверии парламентских и президентских выборов 2000 года на российском ТВ развернется очередная информационная война между каналами, ставящими на разные политические силы. Однако мало кто мог предполагать, какие разнузданные формы и масштабы она примет. Люди наивно надеялись, что у большинства телевизионщиков хватит разума не превращать свои каналы в канализационные трубы, по которым сливается дерьмо. Ведь еще в августе руководители каналов выработали и приняли «хартию телевещателей», в которой обещали придерживаться норм приличия по отношению друг к другу. Но прошло каких-то две-три недели (!) с момента принятия этой хартии, как отдельные подписанты с легкой совестью ее нарушили. Впрочем, иного и быть не могло, поскольку слишком большие деньги и власть были тогда на кону.

После того как в августе (сразу после «черного понедельника») Ельцин отправил в отставку весь кабинет министров и назначил новым премьером Евгения Примакова, это вызвало бурю возмущения в стане правых. Ведь новый премьер был поддержан в том числе и коммунистами и санкционировал «наезд» на отдельных олигархов — в частности, на Бориса Березовского и Александра Смоленского, которые даже вынуждены были какое-то время скрываться на своих заграничных виллах: первый в Каннах, второй — близ Вены. Кроме этого, Примаков «наехал» на вотчину Березовского — ОРТ, отдав распоряжение начать ревизию на канале, дабы признать его банкротом. Однако руководитель канала Игорь Шабдурасулов написал письмо Ельцину, и тот помог: через Внешэкономбанк каналу было перечислено 100 миллионов долларов.

Естественно, все эти телодвижения нового премьера вызвали бурю возмущения у гонимых олигархов и их союзников, после чего началась массированная атака на Примакова в подконтрольных им СМИ, в том числе и на телевидении. Правда, так поступили далеко не все. Например, Владимир Гусинский и принадлежащие ему СМИ, наоборот, поддерживали Примакова и его союзника Юрия Лужкова. Вот как описывал создавшуюся ситуацию журналист А. Вартанов:

«До думских выборов почти полгода, а битва за эфир уже началась. На днях восставший из пепла Б. Березовский сделал два далеко идущих шага. Прикупил к имеющимся у него акциям ТВ-6 еще столько же и стал обладателем контрольного пакета. И провел на совете директоров ОРТ решение, согласно которому гендиректора снимать и назначать можно будет не простым, а квалифицированным — в три четверти — большинством голосов. Это, по сути, значит, что государство, имеющее на ОРТ 51 % акций, не сможет теперь реально руководить самым мощным каналом страны.

Впрочем, и другие политические силы не сидят сложа руки. В эти дни (в середине июня. — Ф. Р.) как раз принято решение полностью подчинить «ТВ Центр» столичным властям (с поста гендиректора был уволен Борис Вишняк, и на его место пришел Константин Ликутов, возглавлявший прежде «Райс-ЛИС’С». — Ф. Р.). А на ВГТРК подходит к концу битва администрации с творческим коллективом. Уже не первый год там пытаются сократить несколько тысяч телевизионщиков, проработавших на РТР со дня его основания. Они, создатели многих интересных программ, не нужны в боевых условиях выборов. Сегодня наконец найден юридически безупречный повод: в связи с реорганизацией…»

Наиболее активные боевые действия в информационном поле начались в начале сентября 99-го. Тогда же очередные изменения произошли в руководстве ОРТ — кресло гендиректора освободил Игорь Шабдурасулов. Временно исполняющим обязанности генерального стал Константин Эрнст (он же и генпродюсер ОРТ). Вот как ту ситуацию комментировала А. Афанасьева:

«Останкинский год стал для Шабдурасулова суровой закалкой. Сев в кресло гендиректора в разгар финансового кризиса, совпавшего с делом о банкротстве ОРТ, такими «мелкими неприятностями», как долг почти в 100 млн долларов и опись имущества телекомпании начиная с того самого гендиректорского кресла, Шабдурасулов сдает свой пост, приведя дела в относительно божеский вид. Если бы не его связи во властных структурах, не умение ладить с самыми разными людьми, вряд ли ОРТ был бы предоставлен спасительный кредит и едва ли дело о банкротстве далось бы ОРТ относительно малой кровью.

Попав из чиновного мира на телевидение, это «старое индейское кладбище», где чужаков вообще не жалуют, за короткое время Шабдурасулов заслужил от профессионалов весьма высокие оценки. В частных беседах и официальных интервью многие телевизионщики, не сговариваясь, признавали, что за все время существования ОРТ это был лучший гендиректор. Но что значило быть «лучшим» в этом случае?

Кресло генерального директора этой телекомпании изначально было создано номинальным. Финансы — у лучшего друга Бориса Березовского, Бадри Патаркацишвили, творчество — у Эрнста, информационная политика, превращающаяся в руках Первого канала в политику в ее чистом виде, — у того, кто в данный момент руководит дирекцией информационных программ. В итоге гендиректору не остается ничего — эдакий свадебный генерал для представительских функций и интервью.

Шабдурасулов пробовал изменить положение дел по крайней мере в том, что касалось политического лица канала. Все его полугодовое противостояние с Сергеем Доренко тому подтверждение. Замкнув службу информации на себя, Шабдурасулов ясно дал понять, что не собирается исполнять представительские функции. На этом этапе Доренко пришлось признать свое поражение. Это было во время недолгого премьерства Примакова, когда правительство пыталось навести в телевизионном доме порядок и хоть как-то ограничить привычное всевластие Бориса Абрамовича на первом канале.

Майская отставка Примакова (Ельцин снял его 12 мая 1999 года, испугавшись его популярности у населения и того, что тот может из премьерского кресла прямиком скакнуть в президентское. — Ф. Р.) неожиданно сказалась и на относительном равновесии Первого канала. Уже в начале лета во главе службы информации ОРТ оказалась ярая «березовка» Татьяна Кошкарева вкупе со своим постоянным соавтором Нарзикуловым, занявшим пост главного аналитика ОРТ, а к концу лета и началу избирательной кампании на канал были подтянуты и орудия главного калибра в лице Сергея Доренко и Александра Невзорова. После первого витка информационной войны с «Медиа-Мостом», нескольких выпусков субботней программы Шеремета и последнего шедевра Невзорова стало окончательно понятно — политику канала определяет не Шабдурасулов, ушедший в это время явно не в рядовой отпуск. Навязать свои правила игры Шабдурасулов не смог, а играть по неприемлемым для себя правилам не захотел…»

А вот как сложившуюся на ОРТ ситуацию обрисовал на страницах «Московского комсомольца» М. Ростовский:

«По сведениям «МК» из источников в президентском аппарате, Борис Абрамович (естественно, Березовский. — Ф. Р.) поставил ультиматум верному Кремлю Шабдурасулову: или ты уходишь в отставку, или перестаешь вмешиваться в информационную политику. В ответ Кремль лишь «дал убежище изгнаннику»: предложил ему пост первого зама главы кремлевской администрации…

Теперь политическую линию сверхвлиятельного Первого канала фактически будет определять сам Борис Абрамович и его прямая ставленница, недавно назначенная на пост главы информвещания Татьяна Кошкарева. Ну а возможность президентского семейства влиять на работу ОРТ сводится почти к минимуму. Своих людей в руководстве Первого канала у Дьяченко и Юмашева теперь практически нет…

Но все это не значит, что Кремль решил без борьбы отдать «первую кнопку» на единоличный откуп Березовскому. По сведениям «МК», решение предупредить ОРТ о возможном лишении лицензии министр печати Михаил Лесин принял без всяких консультаций с Кремлем. Новый «царь российских СМИ» хотел продемонстрировать свою самостоятельность и заодно исполнить личную просьбу Чубайса, недовольного осмеянием деятельности своей партии… Но все равно этот угрожающий жест в сторону «березового ТВ» стоит рассматривать как первую ласточку. Если Борис Абрамович не помирится с Кремлем, то на компанию могут начаться наезды буквально со всех сторон. А ОРТ весьма уязвимо. Стоит только лишить его денег, как Первый канал вновь окажется на грани банкротства…»

5 октября еще одна громкая отставка потрясла телесообщество: после двух месяцев работы подал заявление об уходе вице-президент канала ТВЦ Сергей Корзун. События, которые предшествовали этому увольнению, выглядели следующим образом.

28 сентября в эфир вышел очередной выпуск программы «Лицом к городу», который, как обычно, вел Павел Горелов. Этот ведущий давно вызывал нарекания у многих телезрителей своим подобострастным отношением к гостям передачи, в частности, к мэру столицы Юрию Лужкову. Вот и на этот раз ситуация повторилась, и Корзун насчитал в работе ведущего аж 15 ошибок. В итоге был подписан приказ о наложении четырех взысканий на создателей передачи, в том числе одно из взысканий касалось и Павла Горелова — его на месяц перевели в корреспонденты. Тому, естественно, это не понравилось, и он пожаловался самому мэру Лужкову. Мэр за него вступился. Как результат: президент ТВЦ Константин Ликутов отменил распоряжение Корзуна и вернул Горелова в эфир. В ответ на это Корзун подал заявление об отставке. В интервью газете «Сегодня» он заявил:

«Лужков — один из акционеров канала, но собрания акционеров не устраивалось. Программа, за которую я несу ответственность, должна быть выстроена по-журналистски грамотно. Отмену моего приказа я считаю проявлением недоверия ко мне как к журналисту и чиновнику».

Отметим, что Корзун без работы не остался: он подался на радиостанцию «Эхо Москвы», где стал ведущим программы и советником главного редактора.

Между тем информационная война телеканалов (а вернее, олигархов, которые за ними стояли) продолжалась полгода — до начала 2000-го. Именно тогда в массовый обиход и был введен термин «телекиллер», под которым скрывались ведущие аналитических передач, которые «мочили» ведущих политиков, отбросив в сторону всякие понятия о морали и порядочности. Война велась между все теми же двумя группировками: примаковско-лужковской (на их стороне были телеканалы НТВ и ТВ Центр) и ельцинской (у нее в руках были ОРТ и РТР). Война получилась оголтелой, поскольку речь-то шла о главном — о том, кто будет править страной уже в ближайшее время. Дело в том, что ни для кого уже не было секретом, что Ельцин доживает последние дни во власти и усиленно ищет себе преемника (к президентским выборам марта 2000 года). В этой ситуации кремлевские группировки и начали войну, дабы поставить вместо Ельцина своего человека. Одни мечтали, чтобы это был Примаков (а Лужков должен был стать при нем премьер-министром), другие ставили на Аксененко, Степашина, Лебедя или Путина.

Наиболее оголтелыми «мочильщиками» в той информационной войне были три телевизионщика с ОРТ — Сергей Доренко, Михаил Леонтьев и Александр Невзоров. Особенно выделялся первый, который своими оскорбительными комментариями вызывал неприязнь даже у людей, совершенно далеких от политики. Чтобы понять, о чем идет речь, приведу слова, сказанные тогда одним из старейших российских журналистов, руководителем (на тот момент это длилось уже 33 года!) факультета журналистики МГУ Ясена Засурского:

«После того как послушаешь эту ругань, вряд ли будешь относиться к журналистам с большим уважением. Некоторых из этих журналистов, того же Доренко, я в свое время весьма уважал, но когда увидел, что они делают, мне показалось, что это уже действительно переход от второй древнейшей профессии к первой. Никто не доказал, что они делают это бескорыстно. Если прокрутить недавние пленки, мы можем найти массу выступлений этих же журналистов против тех, кого они сейчас защищают и от чьего имени они сегодня вещают. Найдем и примеры прославления тех, на кого они сегодня нападают. Эти журналисты превратили свое перо, микрофон в инструмент, может быть, не столько даже для политического убийства, сколько для зарабатывания тех денег, которые они не могут заработать публикацией честных, добротных материалов, где были бы их собственные мысли, а не мысли тех или иных олигархов. Они сделали свой выбор.

Недавно я читал устав Корпорации Боньеров — владельцев крупной шведской газетной империи. Они прежде всего подчеркивают свою социальную ответственность, объективность, достоверность информации. На Западе владельцы СМИ стараются отстаивать качество информационного продукта и поэтому не допускают грубой полемики, необоснованных выпадов. Я смотрел передачи ведущих американских, французских, английских каналов — ничего подобного тому, что происходит на нашем телеэкране, не видел. Это чисто российское явление, связанное не с журналистскими амбициями, а с финансовыми соображениями. Информационные киллеры озабочены только заработками. Они мне напоминают актрис, снимающихся в порнофильмах. Это даже не модели, которые могут появиться в респектабельных журналах мод, — чистая порнуха…

Отсутствие интеллигентности — главный порок лакеев. Их не интересуют высокие материи. Они знают одно дело — бабки зарабатывать. За бабки они все, что угодно, сделают, обольют грязью любого…»

Об этом же и слова другого деятеля — политолога Владислава Никонова. Цитирую:

«Доренко — функция. Сейчас он работает бультерьером, у которого есть большая миска с сытной едой и который получил команду «фас!» от своего хозяина Березовского. В этот момент спорить с бультерьером, вести с ним какие-то беседы, в чем-то его убеждать просто смешно. На это надо реагировать с пониманием того, что Доренко выполняет определенную роль. В выборах он не участвует, и поэтому бороться против него — принижать самого себя…» [...]

Между тем нелишним будет выслушать в этом споре и мнение противоположной стороны — тогдашнего владельца ОРТ и «отца» тамошних телекиллеров Бориса Березовского. 19 декабря 1999 года в «Новой газете» появилось полосное интервью с ним (интервьюер — журналист Булат Столяров), где олигарх ответил на множество вопросов, в том числе и об информационной войне, ведущейся в стране. Приведу несколько отрывков из этого материала.

Б. Столяров: «Я слышал, что на ОРТ разлад».
Б. Березовский: «Я общаюсь и с Кошкаревой, и с Нарзикуловым, и с Доренко, и с Леонтьевым, и со многими другими. Так вот, их позиция абсолютно искренняя. Это абсолютное убеждение, что они делают правое дело».
Б. Столяров: «Да? И вам нравится, как они это делают?»
Б. Березовский: «Вы знаете, я просто восхищаюсь программой Сергея Доренко».
Б. Столяров: «Вы всерьез воспринимаете это как часть информационного пространства или как часть шоу-бизнеса?»
Б. Березовский: «Слово «бизнес» неуместно, а вот слово «шоу» — вполне. Это, безусловно, шоу блестящего, очень талантливого человека. Но самое главное: это нельзя сделать, если не обладаешь убеждением и сознанием своей правоты. Это реальное творчество. Я понимаю ощущения Доренко и Леонтьева и прекрасно понимаю, что купить это нельзя. Именно это отличает нашу команду от наших соперников. Я не вижу у них драйва. Не вижу драйва ни у Киселева, ни у Венедиктова, ни у Сорокиной. И я вижу драйв у нас».
Б. Столяров: «Но вы же понимаете, Борис Абрамович, что это исключительно проблема чистого язычества на ОРТ, проблема того, что Первый канал поставил себя вне этики».
Б. Березовский: «Ваше утверждение состоит в том, что драйв возможен только вне этических рамок. Драйв я определяю как «большое удовольствие». Разве его можно получать только вне этических рамок?»
Б. Столяров: «Я считаю, что российское политически безграмотное и безответственное население в массе своей начинает получать большое удовольствие сразу после того, как в телевизоре кто-то выходит за рамки этики».
Б. Березовский: «Такое тоже возможно. Но вы же согласитесь, что получение удовольствия от телевидения возможно и без этого?»
Б. Столяров: «Как показывает опыт, это в России почти нереально».
Б. Березовский: «Нет, это возможно. Я считаю, что деятельность Доренко или Леонтьева абсолютно пристойна. У нас есть одна точка отсчета непристойности, она называется «Московский комсомолец». Так вот, и Доренко, и Леонтьев — и в абсолютных, и в относительных терминах — значимые явления информационного пространства. И я не считаю, что они подают информацию аморально».
Б. Столяров: «То, что вы платите Доренко 1,5 миллиона долларов за этот предвыборный период, — вы тоже отнесете к числу мифов?»
Б. Березовский: «Во-первых, Доренко платит ОРТ. Очень несложно навести справки по поводу того, сколько Доренко получает. Насколько мне известно, в компании никто не получает больше 10 тысяч долларов».
Б. Столяров: «Проблема бестактной предвыборной гонки — это все-таки проблема народного спроса на «желтизну». У русских нет традиции не то что политического, а просто ответственного мышления. Как вы думаете, до каких пор грубые мифы будут продолжать иметь определяющее влияние на массовое сознание?»
Б. Березовский: «Вы знаете, я не могу о русском народе говорить как о «нем». Я часть этого народа, я русский еврей. И очень многое для моего понимания себя и русского народа вообще сделал Николай Бердяев. Я действительно считаю, что основные черты русского народа он правильно описал и классифицировал. Я играл для себя в такую игру: пытался определить одним словом разные нации — государства. Америка — свобода, Германия — порядок, Англия — консерватизм, Япония — естественность. Я не задавал себе вопроса о том, что есть Россия, потому что это моя родина. И однажды один мой приятель, который родился на Украине, потом эмигрировал в Канаду, определил как бы со стороны Россию как «экстрим». И тогда я вспомнил Бердяева, помните: мы, русские, — максималисты.
То, что происходит в России, абсолютно естественно с точки зрения русской нации. Мы — максималисты. Если коммунизм — то до предела, если либерализм — до предела…»
Б. Столяров: «…и Доренко — тоже до предела».
Б. Березовский: «Абсолютно верно. Давайте обратимся к фактам. Доренко смотрят даже те, кто плюется. Они получают, значит, удовольствие. Иначе бы не смотрели. Сравнения стали абсолютно корректными, когда ОРТ приняло решение выпускать Доренко в 21 час, параллельно с Киселевым».
Б. Столяров: «Вы влияли на это решение?»
Б. Березовский: «Конечно, влиял. И вот вам результат. Экстрим, максимализм — это для русских нормально. Мы еще долго будем харкать кровью, пока вырулим в тихую гавань. Русские — молодая нация».
Б. Столяров: «То есть вам кажется, что в России агрессивная безграмотность масс — это надолго?»
Б. Березовский: «Нет. Мы быстро обучаемые люди. На этот раз, всего через четыре года, выбор стоит уже не между демократической системой и коммунистами, а внутри новой системы. Выбор тяжелый, на грани, но уже внутри. А времени-то совсем мало прошло…»

Отметим, что с уходом Е. Примакова с поста премьера начавшееся было «умиротворение» внутри страны вновь перешло к обострению. Началась новая «чеченская кампания» (боевики стали осуществлять план переноса войны на территорию Дагестана и других регионов: в частности, начались взрывы жилых домов в Москве в сентябре 99-го). Естественно, в эту войну вновь включились и российские СМИ. В частности, НТВ опять заняло прочеченскую позицию и «мочило» российскую армию и ельцинскую команду (так называемую «семью») на чем свет стоит. Эти действия НТВ вовсю разоблачали ОРТ и РТР. На этой почве вновь возникла вражда между Гусинским и Березовским. Вот и в упомянутом интервью «Новой газете» на вопрос журналиста о сути своих разногласий с Гусинским Березовский заявил следующее:

«У нас нет идеологических различий. У нас есть противоречия в приоритетах. У меня приоритет политический выше бизнеса, а у Гусинского наоборот. Я могу отдать предпочтение бизнесу только после того, как основные политические проблемы будут решены… Капитализация моих компаний, к которым я имел отношение, резко возросла именно после политической стабилизации. Цель была абсолютно прагматична.

А Гусинский просто пытается на каждом повороте зарабатывать деньги, не очень задумываясь над политическими последствиями… От Гусинского я отличаюсь тем, что не пытаюсь следовать за событиями. Я всегда пытался их формировать…»

Как мы помним, еще два года назад — в августе 97-го — Гусинский и Березовский оказались в одной лодке. Помните, тогда в плен к чеченским боевикам угодили журналисты НТВ, и именно Березовский помог их вызволить — установил с боевиками контакт и передал им выкуп в размере 2 миллионов долларов (деньги выделил «Медиа-Мост»). Однако в 99-м эта история была благополучно забыта, и два олигарха вновь вступили на тропу войны. Первым это сделал Березовский, который натравил на Гусинского своих телекиллеров Павла Шеремета и Сергея Доренко. В ответ тот распространил в своих массмедиа информацию о том, что Березовский находится на дружеской ноге с чеченскими боевиками, которые устроили сентябрьские взрывы в Москве и Волгодонске. В свою очередь Березовский собрал пресс-конференцию, где рассказал журналистам о закулисной подоплеке вызволения им энтэвэшных журналистов. По его словам:

«Гусинский пришел ко мне и сказал: «Ты понимаешь, это ситуация, когда без денег не освободить. Наша позиция по Чечне была далеко не бескорыстной, в чеченской войне она была мотивирована». То есть журналисты НТВ выкупались по единственной причине, потому что сам Гусинский построил такие отношения с чеченцами в информационной войне. Вот такова предыстория предательства…»

Видимо, одной пресс-конференции Березовскому оказалось мало, поэтому вскоре он отправился к Лауре Мандвиль в московское бюро «Фигаро» и припечатал Гусинского еще раз: «Он признался мне, что всегда защищал позицию Чечни во время войны, потому что чеченцы ему платили».

После этих заявлений оскорбленные энтэвэшники подали на Березовского в суд. Причем в своем исковом заявлении они заявили, что не требуют от оскорбителя денежной компенсации за оскорбления, а хотят лишь одного: чтобы он публично опроверг свою клевету. В ходе суда (районного) Березовскому не удалось доказать факт «признаний» Гусинского. Однако извинений от него энтэвэшники так и не дождались.

Но вернемся во вторую половину 99-го.

В качестве наиболее реального кандидата в будущие президенты НТВ и ТВЦ выдвигали Евгения Примакова. В ответ противная сторона заваливала народ страшилками о бывшем премьере. Например, Доренко с экрана ТВ поведал людям, что Примаков — тяжело больной человек (под стать Ельцину) и что ему требуется серьезная операция (вторая по счету за короткий период). Подконтрольная Березовскому «Независимая газета» родила на свет еще одну сенсацию — о заговоре против Владимира Путина. По заявлению газеты выходило, что в заговоре участвовали люди из примаковско-лужковской группировки: политолог Сергей Караганов, председатель совета директоров телеканала ТВ Центр Сергей Ястржембский и президент НТВ Игорь Малашенко. В ответ на эти выпады пролужковская газета «Вечерняя Москва» опубликовала мнение политолога Алексея Кивы под весьма выразительным названием «Примаков — мишень для негодяев». Приведу из нее небольшой отрывок:

«Вот пассаж отнюдь не самого крутого «телекиллера», а лишь одного из кандидатов в «телекиллеры», которому, очевидно, лавры Доренко не дают покоя, а именно: телеведущего ОРТ Михаила Леонтьева: «Что замечательно: наши американские братья по разуму не требовали отставки Примакова, даже когда он усердствовал в антиамериканской риторике, даже когда самолет разворачивал (речь идет об истории от марта 1999 года, когда Примаков, направляясь с официальным визитом в США, повернул самолет обратно, узнав, что американцы бомбят Югославию. — Ф. Р.). Примаков, красный, практически имперский, друг Саддама Хусейна, их устраивал полностью. Это очень удобная для них заводная игрушка, действующая модель «империи зла» для детей и журналистов. А Путин, правый по сути политик, не устраивает. То есть характернейшая деталь — все на Западе, кто хочет видеть Россию слабой, безвольной, зависимой, разваливающейся на куски, безошибочно предпочитают Примакова Путину».

Потрясающе! Не правда ли? Примакову после августовской катастрофы 98-го чудом удалось собрать то, что именовалось у нас реформируемой экономикой и разваливалось на куски благодаря стараниям наших правых «младореформаторов» и «олигархов-грабителей», как называют на Западе тех, коим служат Леонтьев и K°, и он же, оказывается, виноват в том, что Россия слаба, безвольна, зависима. Да и с каких это пор наши правые, не раз повторявшие, что «патриотизм есть прибежище негодяя», вдруг превратились чуть ли не в славянофилов да еще и возлюбили чекиста Путина?

Однако я могу сказать: с тех пор как Кремль и «семья» разработали сценарий, по которому доверенный им человек, беря на вооружение популярную в народе идею «наведения порядка в стране» и, в первую очередь, ликвидацию международного центра терроризма и бандитизма в Чечне, а также путем перехвата у центристской оппозиции, возглавляемой Примаковым и Лужковым (объявленных «семьей» своими врагами), идей патриотизма, государственности, решительного отстаивания национальных интересов, должен добиться расположения к себе российского электората. Таким хитрым ходом Кремль и «семья» решили повернуть вспять основную тенденцию общественного развития, а заодно и взорвать естественно сложившуюся расстановку сил на политической арене. Судя по высокому рейтингу официального кандидата в президенты от партии власти, а также по падению рейтинга других претендентов в президенты и самых влиятельных в стране партий и общественных движений, этот сценарий, по крайней мере на данном этапе, неплохо срабатывает.

Но почему абсолютно абсурдные обвинения бросают в адрес Евгения Примакова? Ответ напрашивается сам собой: Примаков — это тот человек, который всегда дорожил своей репутацией, не связывал себя с сомнительными личностями и не ввязывался в какие-либо сомнительные дела, и на него трудно найти компромат. Да и слабых мест у него немного…»

В другом издании — «Новой газете» — о сложившейся ситуации размышлял руководитель группы социологического анализа НТВ Всеволод Вильчек (номер от 29 ноября). Приведу небольшой отрывок из этого материала:

«Сегодня никто не чувствует общей угрозы, и каждый уже боится сам за себя. От былого единства, как в 96-м, не осталось и следа. Нынешняя власть откровенно боится уходить со сцены, слишком нагрешила. Ищет, какую соломку подстелить. Правящие группы сумели добиться невероятной монополизации СМИ. Два канала — ОРТ и РТР — в сумме составляют 80 % вещания, и эти 80 % подчинены кремлевской администрации и Борису Березовскому. Позиция определена, говоря на модном нынче воровском жаргоне, нужно замочить все силы, кроме одной. Не очень трогают коммунистов, но любыми силами стараются дискредитировать ОВР, в какой-то степени «ЯБЛОКО», чтобы расчистить место, представить в романтизированном виде опереточный блок «Единство», который должен пройти в Думу и создать благоприятный фон для президентских выборов. Одно то, что НТВ не желает включаться в общий хор, по мнению Кремля, уже само по себе преступление. И идут попытки любой ценой уничтожить НТВ…»

Тем временем отдельные неведущие телеканалы, живя по принципу «кому война, а кому мать родна», искали новые формы привлечения к себе внимания публики. И в то время, как телекиллеры изощрялись в «мочилове», другие… оголялись, снимая с себя буквально все. Такого на российском ТВ (впрочем, и на других тоже) еще не было. Этот эксперимент осуществил поздней осенью 1999 года 31-й телеканал. Передача называлась соответствующим образом — «Голая правда» (автор идеи — Валерий Бакаев, который в свое время родил на свет такие передачи, как «Акулы пера», «Знак качества» и др.). Вот как об этом сообщала газета «Мир за неделю» (номер от 20–27 ноября):

«Как сообщает еженедельник «Новое время», на 31-м канале найден новый способ подачи ночных новостей — «Голая правда». Сообщая о политике и экономике, войнах и катастрофах, ведущая методично расстается сначала с кольцами и браслетами, а затем снимает с себя все остальное. Кажется, руки не принадлежат девушке и раздевают ее отдельно от нее самой — в выражении лица нет и намека на «кири-куку», только сдержанность публичного человека. К концу выпуска искреннюю девушку скрывает только стол. Удивительный сюрприз ждет любителей прогнозов погоды, число которых увеличилось за последнее время: стола в студии метеосводок нет.

Сила зрения в данном случае сводит на нет возможности уха, что при кошмаре наших новостей не так уж плохо».

Кстати, голую ведущую на 31-м искали долго — даже объявили конкурс. Однако ни одна из 80 кандидаток в итоге не подошла придирчивому жюри — раздевались неплохо, однако двух слов связать при этом не могли. В итоге на роль телеведущей продюсер выбрал некую Светлану, которая имела за плечами диплом ГИТИСа и даже снималась в небольших эпизодах в ряде картин. Как гласит легенда, когда возлюбленный девушки узнал, куда ее сватают, он заявил: «Либо я, либо — «Голая правда». Девушка выбрала публичную обнаженку. Как потом напишут в ряде печатных СМИ, права на этот проект закупят телевизионщики из Англии и Франции.

А вот другая история о телеведущих. В конце августа стало известно, что ветераны РТР — директор РТР-фильма Борис Берман и Ильдар Жандарев, руководивший студией «Команда-2», покидают канал. Причина ухода — принципиальные разногласия с руководством канала, затеявшим очередную структурную реорганизацию ВГТРК и потребовавшим от них подписать контракт с трехмесячным испытательным сроком. В одном из интервью Б. Берман заявил:

«За девять лет работы у ВГТРК сменилось немало руководителей, и ни один из них не высказывал нам претензий по работе — программу «К-2» только хвалили. Когда началась очередная реорганизация РТР, у нас была достигнута договоренность о том, что шесть сотрудников студии остаются в штате, а остальные шестнадцать переходят на контракт. В итоге нас обманули — по новому штатному расписанию шести сотрудникам предложено подписать контракты, а остальным — договор подряда, который не предусматривает никаких социальных гарантий.

Три месяца назад, когда было объявлено о реорганизации ВГТРК, мы написали письмо председателю компании Михаилу Швыдкому с просьбой встретиться с коллективом «К-2» и разъяснить ситуацию, с подобной просьбой обращались к директору РТР Александру Акопову. К сожалению, все наши просьбы были проигнорированы. После того как мы написали заявления, Швыдкой уговаривал нас остаться, но мы считаем, что для мужчин подача заявления об уходе — это поступок, а не акт шантажа. (Стоит отметить, что остальные «игроки» «Команды-2» на заявления об уходе не отважились. — Ф. Р.)

Мы делали уникальную по сложности монтажа 52-минутную программу. Знаю, что многие смотрели на нас, как на сумасшедших, которые за гроши делают каторжную работу. Конечно, мы понимали, что проще лепить передачу, в которой четыре склейки, пара музыкальных номеров в перебивках и «говорящая голова», но наша задача была — производить качественную программу.

Скажу искренне: очень грустно покидать канал, на котором мы проработали девять лет. Мы уходим не куда-то, а откуда-то. Отдохнем, подумаем, а дальше будем искать новое место работы…»

А вот как прокомментировал это событие бывший первый руководитель ВГТРК О. Попцов:

«Борис Берман и Ильдар Жандарев — культурные, образованные и интеллигентные люди, к тому же профессионалы экстра-класса. Они начали работу на РТР в момент создания российской телекомпании и сделали для канала очень и очень много. Все программы, выходящие под патронажем студии «К-2», смотрелись как хорошие художественные фильмы. Это была команда, которая умела идти вперед и при этом внимательно оглядываться назад. На фоне патологически убожеских программ, незатейливых шоу и пустых сериалов программы студии «К-2» ярко выделялись. Фон талантов смертоносен для примитивов, и, видимо, настал момент, когда профессионализм ребят начал многих раздражать. Увольнение Бермана и Жандарева, на мой взгляд, трагедия для РТР. Я не понимаю, как серьезный канал может отказываться от собственного производства и делать ставку на покупные программы. Когда уходят такие профессионалы, можно говорить не о возрождении канала, а лишь о его вырождении…»

Между тем Берман и Жандарев недолго оставались без работы — их тут же пригласили работать на НТВ. Там они стали выпускать программу «Интересное кино», премьера которой состоялась в конце октября (в наши дни они уже работают на Первом канале — ведут там передачу «На ночь глядя»).

Комментарии (0)
Чтобы добавить комментарий войдите или зарегистрируйтесь